«Ну да, если учитывать организованное ограбление, которое к тому же удалось благополучно замять… Пожалуй, деятелей такого масштаба найдется немного».

Но вслух я снова ничего не сказала.

– Так вот, – продолжала Тамара Львовна. – Дело уже начало налаживаться, заключались необходимые договоренности, просчитывались оптимальные каналы… Но неожиданно выяснилось, что кто-то донес Владимиру. Иностранные клиенты – его основная сфера, поэтому, сами понимаете, мы старались тщательнейшим образом скрывать, что на сей раз он остался в стороне. Но – увы! Он узнал обо всем и, по некоторым сведениям, пришел в ярость. Это случилось не так давно, но прошло уже достаточно времени, чтобы отреагировать. Между тем со стороны Владимира – никаких жестов, как будто все это его не касается.

– Может быть, он просто смирился с неизбежным?

– Он?! – воскликнула Тамара, и по выражению ее лица сразу стало ясно, что Владимир не из тех. – Вот уж нет! Владимир и смирение… это просто несовместимо. Несовместимо в принципе. Гораздо большая вероятность того, что он затаится и попытается навредить исподтишка… что он и делал уже…

– В самом деле? Нельзя ли об этом поподробнее?

– Отчего же… Можно и, наверное, даже нужно. У Владимира, как я уже говорила, знакомства в очень разных кругах. При желании он может решить практически любую проблему. Тем проще ему проблему создать. Однажды был случай, похожий на то, что произошло с этой иконой. То есть Владислав опередил Владимира и приобрел недорого довольно ценную вещь. Причем в этот раз получилось очень забавно, как на скачках, – кто придет первым. Все решало время. Муж опередил Владимира буквально на считаные минуты, и тот подъехал как раз к моменту расчета. Представляете, как смешно: Владимир, уверенный в своем первенстве, заходит и видит процесс покупки вещи, уже в мыслях принадлежащей ему.

Я представила, и мне смешно не показалось. Если этот Владимир в действительности таков, как описывала его Тамара, подобные шутки с ним шутить я бы не порекомендовала. И дальнейший рассказ только подтвердил мою правоту.

– Но Владимир – человек начисто лишенный чувства юмора, – с досадой продолжала клиентка. – Вместо того чтобы рассмеяться и забыть, он затаил злобу и впоследствии отомстил.

– Как именно?

– Приблизительно таким же образом. Владислав торопился на сделку, нам удалось найти довольно выгодный вариант покупки и продажи одновременно. Мы ведь занимаемся не только предметами искусства, у нас антикварный магазин. Так вот, появился клиент на старинный рояль, знаете, из этих, «новых». В чем истинная ценность таких вещей, они не понимают, но деньги у них есть, и они хотят, чтобы все было «настоящее». А этот довольно молодой, кстати, парень обставлял гостиную, и ему дизайнеры предложили какой-то там вариант в стиле восемнадцатого века. Ну и, соответственно, вещи ему нужны были того времени. Мебель, картины… Он уже много всего набрал, а вот рояль не мог найти. А очень хотел. И тут мужу дают информацию, что есть в Пензе подходящий экземпляр. Не знаю уж там, кому от кого он достался, там какие-то старые, то ли дворянские, то ли купеческие корни, но факт в том, что инструмент в прекрасном состоянии и наследники готовы продать. Удивляешься, какие жемчужины иногда обнаруживаются в глуши… Так вот. В подобных случаях самое главное – первым заключить сделку, поскольку, как я уже сказала, такая информация распространяется мгновенно. Муж поехал, чтобы подписать нужные бумаги и рассчитаться, и вдруг обнаружилось, что он не взял банковскую карту. Пока все это выяснялось, пока он понял, что она украдена, пока звонил в банк, чтобы карту заблокировали, разумеется, подъехал Владимир, и рояль достался ему. Уже после Владислав наводил справки, так сказать, по неофициальным каналам, и мы точно знаем, что кражу подстроил Владимир. Мы тогда потеряли весьма крупную сумму, но в отличие от Владимира мой муж сразу же забыл об этом и не строил козней исподтишка. Жизнь идет, все меняется, что поминать старое?

Тамара явно старалась выставить своего мужа этаким невинным ангелочком, но я сделала другие выводы. Скорее всего, бойкий Владислав уже столько раз «обходил» злопамятного Владимира, что один случай можно было и простить. Тем более что он без сомнения надеялся в ближайшее же время наверстать упущенное.

– Итак, вы считаете, что Владимир желал смерти вашему супругу из-за того, что его оттеснили от выгодной сделки с иностранцами? – постаралась я перейти от прошлого к реальному времени.

– Скорее, по совокупности… Думаю, это явилось как бы последней каплей.

Отлично! Значит, ход моих мыслей, как обычно, верный и правильный. Невинный Тамарин ангелочек, похоже, не стеснялся в средствах для достижения своих коммерческих целей, и в один прекрасный момент терпение многострадального Владимира лопнуло. Что ж, мотив вполне вероятный. Только вот способ… Легочная инфекция… Как это вообще можно сделать специально? Больше похоже на то, что само провидение сжалилось над Владимиром и убрало с его пути досадное препятствие.

– Вы не могли бы поподробнее рассказать об этой, как вы ее назвали, «последней капле»?

– Да, конечно. Тем более что, как оказалось, эта сделка стала последней в жизни моего мужа.

Тамара промокнула платочком совершенно сухие глаза.

– В этом случае все совершенно легально, обычный обмен между коллекционерами, только довольно сложный по структуре, многоступенчатый. Конечная цель – продажа на аукционе «Сотбис», там планируют выставить так называемую «Русскую коллекцию», и понятно, что материалы для нее вполне естественно искать в России. Фирма солидная, работает с подлинниками, поэтому наиболее вероятный путь произведения, так сказать, «на прилавок» – это обмен. У одного из московских коллекционеров имеется несколько полотен Серова, вполне подходящих для такой представительной акции, но, разумеется, просто так он не захочет с ними расстаться. Между тем еще один человек, увлекающийся импрессионистами, по случаю стал обладателем очень неплохой работы Поленова, которую готов обменять. Он большой приверженец французской живописи, но не профессионал, для него подлинность работы важнее ее художественной ценности. Поэтому он легко согласился обменять более ценную работу Поленова на скромного по своей художественной ценности Дега, которого ему предложил (не без помощи моего мужа) один тарасовский коллекционер. Тот, в свою очередь, должен был купить за половину реальной стоимости очень неплохого Моне у моего мужа. При обменах Владислав имел комиссию, поэтому здесь мы не теряли в деньгах, даже продавая дешевле. А между тем, если бы все сложилось удачно, это был бы очень хороший задел на будущее…

– То есть тогда строптивый Владимир окончательно был бы приперт к стенке?

– Ну, не совсем так… но…

– Хорошо, Тамара Львовна, ваши доводы мне понятны, я вижу, что у нас действительно есть основания подозревать господина Мазурицкого. Теперь, если позволите, я задам несколько вопросов, ответив на которые вы очень поможете мне начать расследование. Вы сейчас упоминали о том, что у Владимира связи в очень разных кругах. Можете ли вы назвать какие-то конкретные адреса и фамилии? Например, тех, кто участвовал в организации… акции по музею? Или того, кто украл карту у вашего мужа? Вы ведь говорили, что вам стало известно, кто это сделал.

– Не совсем так. Адреса и фамилии – прерогатива мужа, мне он сообщал только окончательный результат. Я не была компаньоном, если вы это имеете в виду. Я просто жена.

Еще раз окинув взглядом Тамару Львовну, я только лишний раз убедилась, что слово «просто» здесь не подогнать ни с какого боку.

– Но чтобы начать конкретные действия, мне необходима конкретная информация. Ваш муж вел какие-то записи? Блокнот, записная книжка… хотя бы список контактов в телефоне… Я могу получить это?