Они долго не вставали с постели. Кермит совершенно не думал о другой девушке, с которой всего лишь несколько часов назад тоже занимался любовью. Теперь это время казалось далеким, а отношения с Нелл — не имеющими никакого значения.

Все еще чувствуя на губах поцелуи Миранды, а в руках — ощущение ее плоти, полный восторга от свершившегося чуда, он отправился на квартиру, которую снимал вместе с Нелл, чтобы забрать свои вещи.

Кермит не испытывал угрызений совести: он много раз бросал женщин, ему было не привыкать. Правда, ни одной из них он не давал таких обещаний, как Нелл.

Возможно, если б она была на фабрике, он бы просто взял свои пожитки и ушел, но она вновь отпросилась с работы и ждала его дома.

Нелл была чем-то возбуждена и передвигалась по комнате, точно солнечный луч, а ее рассыпавшиеся по плечам локоны сверкали, словно парча. На ней было домашнее платье и передник, потому что она готовила обед, который — Кермит это знал — ему не доведется отведать.

Ему показалось, что она выглядит простовато — эти рыжие волосы, которые он раньше называл золотыми, эти прежде казавшиеся ему задорными веснушки, огрубевшие от работы руки! К тому же безвкусно одета.

Он с ходу заявил:

— Я ухожу.

Разумеется, Нелл ничего не поняла:

— Куда?

— На другую квартиру.

Ее нутро захолонуло. Она видела, что в Кермите появилось что-то новое, пугающее и странное. К тому же эти слова…

— Что случилось? Почему?

Нелл подумала, что, быть может, до Кермита дошли какие-то слухи о ней — мало ли на свете завистливых и злобных людей! В любом случае, это было неправдой: она никогда ему не изменяла и даже не смотрела на других мужчин. Вот уже два года, как она безоглядно и беззаветно принадлежала ему одному.

— Мои планы изменились. Нам придется расстаться.

Нелл заломила руки. Она вся дрожала. Ее лицо побледнело, и голос был напряженным и испуганным:

— Я тебя не понимаю. Что могло перемениться? Только утром мы были вместе.

— Я не хочу ничего объяснять. Просто прими это и все.

Должно быть, таким тоном он отдавал приказы солдатам, которыми командовал. Нелл подумала о том, что прежде не приходило ей в голову: на войне Кермит убивал людей. А в мирной жизни решил расправиться с ней.

Почувствовав, что ноги ее не держат, Нелл опустилась на стул.

— Я не могу принять то, что ты сказал. Дело в том, что я… беременна.

Его глаза сузились.

— Ты лжешь! Ты только что придумала это, чтобы меня удержать.

— Нет. Я догадывалась об этом еще неделю назад и окончательно убедилась сегодня, побывав у врача. Если не веришь, пойдем к нему вместе, и он подтвердит мои слова.

— Ребенок мой?

Нелл почудилось, будто ее ударили по лицу.

— Я забеременела во время твоего предыдущего отпуска. Можешь посчитать.

Кермит переступил с ноги на ногу, потом прислонился к косяку.

— И чего ты хочешь?

— Чтобы ты выполнил свое обещание. Я не хочу одна воспитывать ребенка.

— Тогда избавься от него. Твои фабричные подружки наверняка знают, что нужно делать. Если понадобятся деньги, я дам их тебе.

— За что ты так поступаешь со мной!

— Ты тут ни при чем, просто, как я уже сказал, мои планы изменились. Я зайду к тебе завтра и узнаю, что тебе удалось выяснить.

Ее тон был полон отчаяния и боли, а его — решимости и бессердечия.

Он ушел, оставив ее одну, и после ночи, проведенной в слезах, Нелл пошла на фабрику.

По дороге она думала о том, как же быстро все меняется в человеческой жизни. Еще вчера солнце омывало мир ярким светом, окружающее пространство казалось удивительно открытым, а ее сердце пело от радости. А сегодня из нее словно вынули душу, и все, что составляло ее счастье, рассыпалось прахом.

Когда в хорошую погоду над морем вставало солнце, внизу будто разверзалась огненная бездна; вода окрашивалась алым, оранжевым и золотым. Потом она делалась голубовато-опаловой, нежной, как шелк. Но сегодня небо застилали тучи, и цвет воды сгустился до черноты, она казалась ледяной. Внутри у. Нелл было так же мрачно и холодно.

Она понимала, что ей придется избавиться от ребенка: другого выхода нет. По-видимому, Кермит решил порвать с ней раз и навсегда, и Нелл чудилось, что она никогда не узнает, почему он так поступил.

На фабрике она обратилась к Сиене, которая, если верить словам Хлои, некогда попала в такую же беду.

Услышав вопрос Нелл, Сиена едва не рассыпала галеты.

— Ты же собиралась замуж!

— Да, но вчера мой жених заявил, что уходит от меня, и велел избавиться от ребенка.

— Но почему?