– Стараюсь, господин Стерликос! И особенно благодарствую за ценные указания и подсказки!

Лучше бы вообще промолчал, чем такое ляпнуть! Получалось чистейшее ёрничество пополам с тонкой издёвкой, подспудный смысл которых звучал примерно так: «Дядя, не надо нас учить! Тем более что милости и награды мы не от тебя получаем!» – Соответственно и взгляд в ответ заработал такой, что впору было упасть на колени и спрятаться за худенькое тельце наивно улыбающейся Ласки.

А когда пассажиры оказались уже в седле, пристёгнутые страховочными ремнями, Шунт Стерликос напугал высказанным напутствием:

– Ну, ну! Лети, лети, авось пернатым станешь! – развернулся и отправился с террасы во внутренние помещения.

«Пернатыми» называли людей, у которых наличествовало умение левитации. Редчайшее, кстати, умение, позволяющее человеку подняться на высоту двух метров, и так пролететь со скоростью пешехода не более пятидесяти метров. Исходя из этого и нынешних обстоятельств, пожелание стать таким же, как они, прозвучало особенно зловеще.

Наверное, поэтому Труммер не получил от полёта ни капельки удовольствия. И невпопад ответил лишь на несколько вопросов сестры. При каждом вилянии змея корпусом или проваливании в воздушные ямы у него сердце уходило в пятки. А вдруг и в самом деле сбросят? С дэма станется приказать что угодно! Ни на какие резонные и логичные выкладки смотреть не станет.

Хорошо хоть сидящий впереди всех укротитель, принимавший вопросы малышки в свой адрес, не переставая, рассказывал и тыкал руками в стороны достопримечательностей.

А у Поля от души отлегло, лишь когда стали полого снижаться к нужной окраине Розмора. Он наклонился вперёд и шепнул:

– Ласка, не волнуйся! Скоро будем дома! Во-о-он там мы живём… видишь вон те два ряда домиков среди садов? Наш ряд ближний. И домик ровно посредине, пятый с любого конца…

Оказалось, что у малявки зрение не в пример острее и лучше. Потому что она не в пример брату быстрей и дом высмотрела, и всё, что вокруг него, происходит:

– Ой, как здорово! А кто это нас встречает? В саду и в маленьком дворике?

Присмотрелся и Труммер. После чего с досадой зацокал языком и заёрзал в седле: по двору, по саду и по прилегающей территории соседа топталось около двух десятков жандармов. Неприятности продолжались.

Баронета Фойтинэ с детства воспитывалась жёстко, в духе своего дикого, захолустного королевства. А там прирезать человека, особенно при личной самообороне, могли и дети пятилетние. Но всё-таки, попав в Параис и став известной спортсменкой, она уверовала, что убивать в своей биографии ей никого не придётся. Культурная жизнь столицы, спортивная карьера и отличная дружба с Полем Труммером позволяли надеяться, что руки никогда не замараются кровью иного человека.

Увы! Не сложилось!

Хотя вроде всё именно так складывалось, что иначе никак. Вначале – вор в доме Поля. Ну, ладно, тот заслужил свою смерть, без всякого сомнения. Затем начальник тюрьмы, насильник и мразь. Но его уже можно было просто оглушить или придушить до полусмерти. Всё-таки он находился как бы при исполнении…

А вот третье убийство вообще чисто случайно получилось. Они с Азой прошли все лабиринты, вышли в каком-то нежилом здании, а потом перебрались по балкону в небольшой жилой флигель. А там – этот толстоватый, страшно испуганный мужик в интендантской форме. Он, как только увидел спускавшихся по лестнице со второго этажу узниц, сразу затрясся и поднял руки:

– Я вас не видел! Бегите, куда хотите!

При этом он настолько боялся, что Галлиарда поверила ему безоговорочно. И, удивляясь самой себе, взяла командование в их маленькой группе на себя. Сразу приняла решение пройти мимо морально уничтоженного и лишь чуточку припугнуть престарелого интенданта для острастки:

– Ляжешь на пол лицом вниз и руки вытянешь по швам! Когда спустятся вниз ещё три наших подруги, движущиеся по нашим следам, подождёшь ещё час и только потом можешь поднимать тревогу. Понял?!

Интендант кивнул так, что голова у него сразу чуть не отвалилась. И сразу же стал ложиться на пол. А сама баронета устремилась к входной двери, чтобы выглянуть через застеклённую верхнюю фрамугу на улицу. Нет ли там кого?

И как же она была жутко поражена своей наивности и тупой доверчивости! Интендант оказался тем ещё гадом и притворщиком. Почти с лежачего положения он умудрился броситься на идущую сзади маркизу. Сбил её с ног и, оказавшись сверху, попытался задушить.

Именно такую картину увидала Фойтинэ, когда обернулась на резкий шум и возмущенный визг. Что показалось интересным: визжали оба, и нападающий, и его жертва. Но почему так случилось, разбираться было некогда, пришлось срочно бросаться на спасение новой подруги. Не обученная каким-то особым бойцовским захватам, Галли действовала самым простейшим способом: ухватилась за волосы коварного вояки и попыталась оттянуть его в сторону.

Даже сама удивилась, что совершить подобный подвиг ей удалось играючи. А может, это интендант сам прыгнул за ней следом, сменив приоритеты своей атаки? Как бы там ни было, но баронета грохнулась на пятую точку после чрезмерного усилия, давшегося легко, а мужичонка завалился ей на ноги. Причём как-то безвольно завалился, без всякой жажды активной борьбы. Всё равно пришлось его вначале оттолкнуть, потом встать, а потом… замереть на месте. Потому что тип, явно из гражданских службистов местной тюрьмы, не шевелился. И на короткий момент Галли растерялась, не зная, что делать: добивать поверженного вроде как удачно упавшего врага или бросаться с помощью к постанывающей, распростёртой на полу Азе? Решила вначале помочь подруге, краем глаза всё-таки присматриваясь к затаившемуся противнику.