Шрифт:
С огромным трудом поднявшись, он вытер шапкой лицо.
— Не ушиблись? — встревоженно спросил Басов. — Ничего?
— Нисево. Зив-здоров, — ответил Ломтев. Падая, он прикусил язык, и дикция его обрела новые краски: шепелявость и разбойничий присвист.
Урок продолжался до самого закрытия катка. Тяжело дыша, мокрый как мышь, Ломтев преданно смотрел на Басова, с удовлетворением отмечая, что эти часы физических мучений потрачены не зря. Они здорово сблизили его с Иваном Андреевичем Басовым, с управляющим, с человеком от которого зависит его карьера.
Над катком замигали фонари.
— Пора домой! — сказал Басов и похлопал Ломтева по натруженной спине. — Незаметно время пролетело!
— Совершенно верно. Только, можно сказать, начали, и уже пора расставаться, — едва ворочая языком, ответил Ломтев.
— Сдайте коньки и приходите к воротам, — сказал Басов, — у меня машина. Я вас домой отвезу.
— Есть такое дело! — ощутив новый прилив бодрости, ответил Ломтев. — Сейчас приду.
Усаживаясь в «Волгу» рядом с Басовым (управляющий сам вел машину), Ломтев на мгновение подумал: «Не худо бы сейчас повстречать Калинкина, тещу, жену, Варю. Хотя нет, Варю не нужно. Ее улыбочки здесь совершенно ни к чему».
— Ну, каково самочувствие? — спросил Басов. Румяное лицо его дышало здоровьем.
— Все в порядке, — ответил Ломтев.
— Значит, не зря мы с вами потрудились?
— Еще бы! — подтвердил Ломтев, вкладывая в этот ответ смысл, понятный ему одному. — В следующее воскресенье, Иван Андреевич, надеюсь, дадите мне второй урок…
— Вы где, на Набережной живете, кажется?
— Так точно! Почти приехали…
«Волга» остановилась у подъезда.
— До свидания! — Басов протянул ему руку. — Желаю вам новых спортивных достижений!
— Спасибо, — задержав руку управляющего в своей, сказал Ломтев, — в будущее воскресенье вызываю вас на соревнование.
— Не могу, к сожалению, принять вызов. В воскресенье я в Москве буду.
— Командировка?
— Нет. Вчера в обком вызывали. На учебу уезжаю.
На лице у Ломтева отразилось такое неподдельное отчаяние, что Басов даже улыбнулся.
— Ничего. Вообще говоря, вам лучше с инструктором позаниматься. Через год будете бегать любо-дорого. Ну, пока! Спасибо за компанию!
Стоя на тротуаре, Ломтев растерянно смотрел вслед уходящей машине.
Дверь отворила теща.
Кряхтя и морщась, Ломтев снял пальто. Стащив с головы шапку, он швырнул ее в угол. Болела спина, и ноги, и руки, и все остальное.
— Что случилось? — испугалась Таисия Павловна.
— Упал я, — мрачно сказал Ломтев, — рухнул.
— Это как?
— А вот так! — рассвирепел Ломтев. — Не посыпают песком тротуары, вот люди и падают!
1973
ДВА ПИСЬМА
Сегодня, когда я выходил из гостиницы, мне вручили конверт. В нем было два письма.
Первое — короткое, написанное рукой Зиночки — секретарши нашего директора.
Вот оно:
«Дорогой Александр Семенович! По просьбе Андрея Ивановича возвращаю письмо, которое ему по вашему поручению привез товарищ Пахомчиков. Это ваше письмо я перепечатала на машинке, оно ходит по рукам и пользуется большим успехом. Андрей Иванович просил передать, что он надеется, что вы свою служебную командировку закончите так же успешно, как н а ш и т о в а р и щ и, о которых вы пишете в своем письме. Привет! Зина».
Второе письмо было мое. То самое.
«Уважаемый Андрей Иванович!
Пользуюсь оказией — сегодня вылетает Пахомчиков, он и передаст Вам это письмо.
В дополнение к телеграмме от 27 марта разрешите доложить, что дела идут вполне успешно. Иными словами — наши надежды оправдались.
Сегодня на оперативном совещании в отделе снабжения решался вопрос о выделении нам фондов на электротовары.
Уже с первых минут стал ясен наш тактический план — жать по всем линиям. Поначалу они слегка растерялись, но потом все же освоились. Очень по-деловому на большой скорости выступил Михайлов, но встретил их довольно активное возражение, в результате чего нам, к сожалению, до перерыва так ничего и не удалось сделать, хотя старались мы изо всех сил. Сразу же после перерыва получилась довольно-таки большая неприятность. Нашу заявку на аккумуляторы сократили на тридцать процентов, так что по этой линии мы некоторое время находились в проигрыше.
Прошло две-три минуты, мы опять стали нажимать, они проявили жесткую позицию — начали открыто применять силовые приемы, чтобы мы, как говорится, успокоились и остались довольны тем, что мы от них получили.
Мы, Андрей Иванович, с этим, конечно, согласиться не могли и поставили перед собой очередную задачу — максимально усилить действия в их зоне, чтобы добиться практического решения интересующего нас вопроса.
Эта тактика, Андрей Иванович, себя целиком и полностью оправдала. Петров очень толково убедил наших противников, что их точка зрения нас не устраивает ни в какой степени. Он с ходу восстановил равновесие, которое, как вы знаете, по линии соотношения нас вполне устраивало.
Но аппетит, как известно, приходит во время еды. Через минуту мы с помощью товарища Викулова укрепили свое положение.
В заключительной стадии этого дела прекрасно проявил себя как работник товарищ А. Мальцев. Он сориентировался в исключительно трудной обстановке, увеличил счет и тем самым, как говорится, подвел итог, означавший, что вопрос на сегодняшний день решен в нашу пользу.
Итак, повторяю, надежды наши оправдались.
Горячо поздравляю Вас, Андрей Иванович, как руководителя и весь наш дружный коллектив с новым достижением.
Теперь, когда мы испытываем большую радость, когда мы все до одного счастливы, разрешите доложить, что вопрос о выделении нам фондов на электротовары пока не решен, поскольку дело это не такое простое.
В самые ближайшие дни наши товарищи вернутся в Москву, я их тут безусловно дождусь и уж тогда с новыми силами постараюсь все же добиться положительного решения интересующего нас вопроса.
Верю, что вопрос этот в конце концов будет решен. Залогом этого является четкая, налаженная работа нашего предприятия на протяжении всего сезона.
С уважением…»
Ниже красовалась моя подпись.
1973
ТРИ ЦЕЛЫХ ШЕСТЬДЕСЯТ ДВЕ СОТЫХ
Не знаю, возможно, я обращаюсь не по адресу, но это не имеет значения. Лично я считаю, что на сегодняшний день просто-таки необходимо усилить научную пропаганду среди населения. Все граждане должны быть в курсе современных научных достижений, чтобы отдельные товарищи не позволяли себе пудрить мозги любому и каждому.