Напротив командира допивает третью чашку кофе коренастый крепыш с рельефной мускулатурой, про таких говорят - перепрыгнуть легче, чем обойти. Это наш пулеметчик. В иностранных пулеметах я не силен, но классический М60 сложно с чем– то спутать.

Чуть в стороне, надвинув на глаза камуфлированное кепи, дремлет женщина неопределённого возраста. Лица мне не видно, но о возрасте женщин красноречивее всего говорят кисти рук. Так вот эта дама, как минимум, ровесница командира группы. На коленях дама баюкает мощную снайперскую винтовку - снайпер, стало быть. У неё под брюки белые колготки не надеты?

Хм, еще характерный штришок - не бывает женщин без сережек. Даже на местном фронтире, хоть скромная серебрушка, да блестит в мочке уха. А тут, не то, что серег нет, у этой дамы уши не проколоты. Серьезный подход к своему ремеслу.

Закончив с на удивление вкусным завтраком (еще бы он был не вкусным, после почти суточной голодухи на свежем-то воздухе), вполголоса интересуюсь у немца относительно патрульных, - Вольф, это болельщики нашей сборной? Или не все так просто?

– Не все, - немец с виду сама безразличность.
– Заканчивай жрать, пора выдвигаться.

Пока я завтракал, матрос баржи в компании пары хозяйских сыновей резво менял дислокацию солидной кучи сухих полешек, от навеса на берегу в темные глубины бункеров баржи.

Четыре куба дров обошлись капитану в сто экю. Это примерно часов на десять хода. Значит в час примерно десять экю.

При цене дизтоплива в один экю за литр, газогенератор весьма рентабельным получается, даже с учетом потерь мощности и заморочек с обслуживанием.

Это для автомобиля балластная тонна веса газогенератора и полтонны дров критичны. С учетом падения мощности на треть, так и совсем печально.

А самоходная баржа эти пару тонн не заметит.

Капитан договорился с гостеприимным хозяином на полную бункеровку на обратном пути. Хозяин с довольным видом потирает волосатые ручищи.

Чего никак нельзя сказать об его отпрысках, уныло посматривающих в сторону двуручной пилы и здоровенной плахи с воткнутым в нее топором.

Через два часа монотонного заплыва вдоль все более сближающихся берегов баржа причалила к каменистому, резко переходящему в глубину берегу. Заскрипела опускаемая аппарель.

Втыкаю передачу заднего хода, нога чуть придавливает педаль газа, еще чуть-чуть. Плавно отпускаю сцепление и "Татра" выкатывается на берег. Не забуксовать бы. Хотя нет, место грамотное, практически голый камень с редкими пучками растительности, негде тут буксовать.

Рыкнув моторами, баржа еще больше наползает на берег. Капитан отрабатывает возникший после избавления от веса "Татры" отрицательный дифферент.

Броневик Вольфа выкатывается на берег, с хрустом сломав пару молоденьких деревьев, описывает полукруг и въезжает на не слишком укатанную колею.

Отпускаю немца на сотню метров и трогаюсь в след. Здравствуй, хребет Кхам.

Хребет Кхам - две параллельные горные гряды разделенные долиной, общей шириной километров сто - сто двадцать.

Горы старые в геологическом аспекте. Ветер, вода и солнце основательно сточили некогда острые клыки вершин.

Северный Кхам более высокий, поросший куцей растительностью. Южный Кхам пониже, с пологими, обильно поросшими хвойным лесом, склонами.

Меня очень беспокоит проходимость Вольфовой бронемашины, всё-таки семь тонн при не очень мощном двигателе. Но пока немец не очень быстро, но уверенно прет по петляющей между склонов колее.

Если и дальше будем продолжать в таком темпе, на месте будем часа через три.

Если честно, я впечатлен мастерством немца. Дорога один бесконечный поворот, причем поворот на спуске или подъеме и обязательно с наклоном колеи.

Распугивая длинноногих, очень грациозных, похожих на земных косуль копытных, петляешь - кружишь по склонам, чтобы увидеть на соседней горушке ржавый остов брошенного у дороги грузовика мимо которого проезжал полчаса назад.

Еще больше, с самого отъезда из Порто-Франко меня беспокоит, зачем Вольф взял на дело "броню"?

Присутствие гвардейцев Ордена не выходит за рамки разумного. Охрана подобного груза это нормально. А вот "броня" не то, чтобы избыточна, но шанс уронить ее с узкой ленты маршрута неприлично высок. Чуть недовернешь в повороте и все - четыре трупа возле "танка" украсят утренний пейзаж. Это если я трупы достану и возле "танка" разложу.

Ан нет, впереди упорно карабкается по склонам семь тонн брони, ощетинившихся пулеметом. Просто так Вольф этого делать не будет. Он вообще предпочитает не рисковать.