– Что собирают, интересно?

У стоящей на развилке бронзовой статуи Будды, презрительно смотрящего на дорогу, сидит троица бритых, одетых в желтое монахов.

Не знал бы, где нахожусь, решил, что путешествую по индокитайской глубинке.

Промышленность гордо представлена дымящейся кучей земли, небольшой лесопилкой, гончарной мастерской и кузней.

Дымящаяся куча оказалась местным кирпичным заводом. Если бы не выемка готового кирпича из соседнего земляного холма, и ровные ряды уложенного на предварительную просушку кирпича-сырца, ни за что не угадал бы, что это такое. Технологии третьего тысячелетия до рождества христова шагают по новому миру.

Лесопилка поразила еще больше.

Три станка с приводом от паровой машины. Все, как в выцветших фото начала века. Ржавый клепаный котел, гигантское колесо маховика, здоровенный шатун, ременный привод к станкам и небольшому - киловатт на пять, электрогенератору.

Хотя, если подумать, какие еще варианты тут возможны? Бензина нет, электричества нет - какие столбы линии электропередач? Откуда? Здравствуй, век дров и пара.

Так что в ближайшее время ожидать восточноазиатского экономического чуда не приходится - нет предпосылок.

Пока нет.

Бейджин встречает живой очередью, вытянувшейся перед блокпостом, вынесенным за пределы городской черты. Если бы не блокпост, нипочем бы не догадался, что мы въезжаем в местную столицу. Поселок, как поселок, разве что чуть больше остальных.

На блокпосту все стандартно, бруствер из мешков с землей и крепкий шлагбаум поперек дороги.

"Стражи дороги" - просто восточный филиал махновцев на выезде.

Вроде как форма и оружие у них есть.

Но форма, как и стволы у всех разные и порядком подзапущенные.

Давя децибелами из пневматического ревуна, идущая головной бронемашина протискивается мимо вереницы повозок, тачек, велосипедов, рикш, во, даже скутер попался - берут бензин где-то.

Белым людям невместно ожидать в одной очереди с дикарями. Особенно если белые люди приехали на единственном на всю округу бронеавтомобиле. Бремя белого человека обязывает, знаете ли.

Аборигены такой постановке вопроса возмущаются, но без огонька, так для порядка. А вот стражи на КПП мало того, что не спешат поднять шлагбаум, так еще и имеют наглость лезть с вопросами к белым людям.

– Бах! Бах! Бах! Бах!

Длинная очередь из FALки проверяет земляной бруствер на прочность. Тихий стреляет не поверх голов, а именно в бруствер.

– Бах! Бах!

Добавляет короткоствол пулеметчика.

Этот вообще метит под ноги разбегающимся, как тараканы, постовым.

– ХРЯСЬ!

Бронемашина сметает шлагбаум.

Но дальше не едет.

Соскочивший с брони пулеметчик отлавливает старшего постовых и, тыча в лицо бляхой орденского патрульного, проводит воспитательную работу. Щекастый, круглолицый азиат с глазами навыкат затравленно улыбается, мотая башкой в такт рывкам разбушевавшегося пулеметчика.

Политинформация проводится на английском, но лексикон у пулеметчика крайне скуден. Все вертится вокруг еллоу, манки, фак и прочих не требующих перевода оборотах речи.

Чисто по-человечески я понимаю парня. У него стресс, после того, как им термиты подзакусили. Ему-то что, он может Орденом прикрыться.

Но мне-то еще обратно тут ехать.

Причем уже без брони.

Наконец, Тихий счел политинформацию законченной и отозвал вошедшего во вкус бойца.

Прохрустев задними колесами по остаткам шлагбаума, броневик двинулся дальше.

Н-дэ, нахулиганили мы тут. Служивых обидели. Причем не просто обидели, а на глазах у многочисленных зрителей. Сейчас мы уедем, а служивые отыграются на очереди у КПП. И очередь это прекрасно понимает, отчего провожает нас взглядами, даже более злыми, чем у охранников.

На развилке, перед трущобами городских окраин, Вольф и группа Тихого пересаживаются в "Татру". Им сейчас прямиком к расположенному где-то на отшибе местному офису Ордена.

А я на бронивичке пристраиваюсь за "Попрыгунчиком". Багги - мой лоцман в заезде до места ночлега.

– Грета, радость моя, а нас тут не прирежут спящими?
– мне откровенно не по себе от вида местных трущоб.

– Да, мне самой тут неуютно. Там в горах или саванне все просто и понятно. Не можешь победить, просто убеги. А тут? Тут наш опыт жизни в саванне ничто. Даже не ноль - отрицательная величина, - девушке явно не хочется в город и она этого не скрывает.

Но, есть такое слово - надо.

– Есть неподалеку одно надежно место. Пристраивайся за нами и будь готов давить все живое.