Эмили встала из-за стола и схватила ключи от «Вольво» с крючка у телефона.

– Я скоро вернусь, – крикнула она, закрывая за собой входную дверь.

Первое, что она увидела, когда подъехала к бывшему дому Элисон – особняку в викторианском стиле, который возвышался в самом конце зеленой улицы, – была огромная куча хлама на обочине и большой плакат рядом: «БЕСПЛАТНО!» Прищурившись, она разглядела знакомые вещи и среди них – старое, обитое белым вельветом кресло из спальни Эли. ДиЛаурентисы съехали отсюда месяцев девять назад. Видимо, кое-что из прежней обстановки они решили оставить.

Она припарковала «Вольво» позади гигантского фургона транспортной компании «Бекинс» и вышла из машины.

– Спокойно, – прошептала она, стараясь сдержать дрожь в нижней губе. Под креслом валялись стопки пыльных книг, связанных веревкой. Эмили наклонилась и рассмотрела корешки. «Красный знак мужества». «Принц и нищий». Она вспомнила, как читала их в седьмом классе и как на уроках мистера Пирса они обсуждали символизм, метафоры и развязку. Там было еще много книг вперемешку со старыми тетрадями. Рядом с книгами стояли подписанные коробки: «ОДЕЖДА ЭЛИСОН» и «СТАРЫЕ ЗАПИСИ ЭЛИСОН». Из ящика торчала сине-красная лента. Эмили потянула за кончик. Это оказалась ее медаль по плаванию из шестого класса, которую она оставила в доме Элисон, когда они придумывали игру под названием «Олимпийские секс-богини».

– Хочешь это взять?

Эмили резко выпрямилась. Перед ней стояла высокая худенькая темнокожая девушка с копной растрепанных вьющихся волос цвета черного шоколада. Девушка была в желтой майке на лямках, из-под которых выглядывали оранжево-зеленые бретельки лифчика. Эмили подумала, что, кажется, у нее дома есть такой же. Это был бюстгальтер от «Викториа’с Сикрет» с рисунком в виде крошечных апельсинов, персиков и лаймов на чашечках.

Медаль по плаванию выскользнула из ее рук и со стуком упала на землю.

– Мм, нет, – сказала Эмили и нагнулась, чтобы поднять ее.

– Ты можешь брать все, что захочешь. Видишь объявление?

– Нет, правда, все в порядке.

Девушка протянула ей руку.

– Майя Сен-Жермен. Только что переехала сюда.

– Я… – Слова застряли у нее в горле. – Я Эмили, – наконец выдавила она из себя и пожала руку Майе. Наверное, это выглядело официально – Эмили не была уверена, что когда-нибудь пожимала руку девушке. Она почувствовала легкую слабость. Может, съела слишком мало медовых хлопьев с орехами на завтрак?

Майя кивнула на гору барахла:

– Поверишь, все это дерьмо было в моей новой комнате? Мне пришлось самой выгребать. Ужас.

– Да, все это принадлежало Элисон, – чуть ли не шепотом произнесла Эмили.

Майя наклонилась, чтобы рассмотреть некоторые книги в мягких обложках, и, выпрямившись, поправила сползшую лямку.

– Она что, твоя подруга?

Эмили помолчала. Майя говорила о ней в настоящем времени. Может быть, не слышала об исчезновении Эли?

– М-м, была. Когда-то. Как и все девчонки, что жили здесь, по соседству, – объяснила Эмили, опуская подробности похищения или убийства или еще чего-то, что невозможно было себе представить. – В седьмом классе. Сейчас я уже в одиннадцатом. – Учебный год в дневной школе Роузвуда начинался после этих выходных. Так же, как и занятия в бассейне, которые подразумевали ежедневные трехчасовые тренировки. Эмили даже думать об этом не хотелось.

– Я тоже буду учиться в Роузвуде! – усмехнулась Майя. Она плюхнулась в старое вельветовое кресло Элисон, и пружины жалобно скрипнули. – Всю дорогу мои родители только и говорили о том, как мне повезло, что я буду учиться в дневной школе Роузвуда, которую не сравнить с моей бывшей, в Калифорнии. Еще бы, у вас ведь наверняка нет мексиканской кухни, верно? Я имею в виду, хорошей мексиканской кухни, вроде калифорнийской мексиканской. У нас в школьном кафе всегда была… ммм… такая вкуснятина. Теперь, наверное, придется привыкать к «Тако Белл». Хотя от их гордитас [11] меня блевать тянет.

– О! – Эмили улыбнулась. Эта девушка определенно любила поговорить. – Да, от такой еды может и стошнить.

Майя выпрыгнула из кресла.

– Наверное, моя просьба покажется тебе наглой, ведь мы только что познакомились, но не поможешь ли перетащить эти коробки в мою комнату? – Она указала на несколько ящиков, оставшихся в кузове грузовика.

Эмили округлила глаза. Зайти в бывшую комнату Элисон? Но наверное, было бы невежливо отказать девушке, не так ли?

– М-м, конечно, – дрожащим голосом произнесла она.

В холле по-прежнему пахло мылом «Дав» и ароматическими смесями, как во времена, когда здесь жили ДиЛаурентисы. Эмили остановилась в дверях и ждала, пока Майя подскажет, куда идти дальше, хотя знала, что и с завязанными глазами сможет найти бывшую комнату Эли на втором этаже. Все кругом было заставлено коробками, а из кухни залаяли две худые итальянские борзые.

– Не обращай на них внимания, – сказала Майя, поднимаясь по лестнице в свою комнату и толкая дверь бедром, обтянутым махровой тканью спортивных брюк.