Машина остановилась у небольшого двухэтажного здания, огороженного со всех сторон металлическим забором.

– Это что, их офис? – спросил адвокат.

– Да. Это офис. Документы и мои расписки не забыли?

– Не забыл. Этот офис напоминает детский сад…

– А это и есть в прошлом детский сад. Просто они приватизировали или захватили его.

– Что значит захватили? – спросил адвокат.

– Просто это офис Гены Бахмина, ныне бизнесмена, а в прошлом бывшего бандита по кличкой Гена Банан, слышали о таком?

– Конечно, слышал. Илья, может, не надо к нему? Он ведь бывший беспредельщик.

– А кто мне даст хорошие «бабки» наликом на хороших условиях? Для меня это выгодная сделка.

В офисе Гены Бахмина работали только мужчины определенного вида, понятно, что это были люди из группировки Гены Банана, а ныне легализированные в какой-нибудь ЧОП. Схема превращения бывших группировок в частные охранные предприятия была прописана словно по кальке. Во главе созданного ЧОПа ставили бывшего сотрудника милиции, оформляли на него все документы, а затем в эту охранную структуру принимались люди с сомнительной репутацией.

В кабинете Гены сидели четыре человека – кроме самого хозяина, двое его приближенных мордоворотов и один человек, не похожий на бандита.

– Это мой юрист Костя Хорошилов, в прошлом сотрудник прокуратуры, – представил его Гена.

Понятно, подумал про себя Кузовлев, несколько лет следователь Хорошилов вел уголовное дело Гены Банана, а потом ушел в отставку и теперь работает на своего бывшего подследственного… И такое бывает.

– Документы все привезли? – спросил Гена.

– Конечно, все здесь, у моего адвоката, – кивнул Илья.

Кузовлев достал из портфеля папку с бумагами.

– Можно мне? – Хорошилов протянул руку. – Простите, коллега, вы раньше в органах не работали? Лицо мне ваше знакомо.

Но за Кузовлева ответил неожиданно Гена:

– Нет, Костя, он был адвокатом разных мафиози.

– Значит, вы хорошо знакомы, – сделал вывод Хорошилов.

– Только заочно. Он работал с моими конкурентами и врагами.

– Не повезло, – усмехнулся Хорошилов.

– Кому не повезло? – раздраженно переспросил Гена.

– Извиняюсь, – прервал их Кузовлев, – давайте ближе к делу.

– Да, конечно, – ответил Хорошилов. – Еще раз напоминаю. По условиям сделки ваша сторона получает заем в сумме пяти миллионов долларов США под процент минус один миллион ровно на неделю. В качестве залога ваша сторона представляет ресторан под названием «Глазурь», расположенный…

– Короче, – прервал его Гена и повернулся к Гринбергу: – Илья, если ты через семь дней бабки не вернешь – харчевня моя. Подписываем. Счетчик пошел. Петруха, доставай лавэ!

Подчиненный Гены, амбал по кличке Петруха, достал четыре кейса, наполненных долларами, в каждом из которых умещалось ровно по миллиону.

– Илюха, один лимон мы себе забрали как проценты. Подписывай и забирай бабки.

– Подождите, – заговорил юрист, – документы на ресторан заверены две недели назад. Нужны более свежие.

– Костя, хорош! – махнул рукой Гена. – Илюха меня разводить не будет. Он же не самоубийца, правда, пацаны?

Окружение Гены заулыбалось.

– Не буду, я две недели болел, в больнице был. Можете проверить, – уточнил Гринберг.

– Уже проверили, – усмехнулся Гена. – Сейчас после сделки поедем с пацанами в ресторан обмыть сделку. Илюха, ты позвони туда, пусть в качестве бонуса будущим хозяевам накроют поляну бесплатно.

– Зачем путать бухгалтерию? – улыбнулся Илья. – Вы мне пришлите счет, я сам оплачу.

– Лады. Пришлем безлимитку.

Через минуту документы были подписаны, и Гринберг с адвокатом покидали офис с дипломатами денег.

– Нужно было нанять охрану, – сказал Кузовлев.

– Уже. – Илья показал на припаркованный у офиса микроавтобус, у которого стояли два бойца в камуфляже спецподразделения с автоматами.

– Не нравится мне все это, – проговорил адвокат. – Особенно его последняя фраза о будущих хозяевах. Это подстава со стороны Банана.

– Не боись, Виктор Михайлович! Еще поглядим, кто кого, – хитро улыбнувшись, сказал Гринберг. – Все, давай прощаться. Расписки и договор пусть у вас будут, а я отъеду на недельку по делам.

С нехорошим предчувствием адвокат вернулся в свой офис. Ему было непонятно, почему Гринберг подписал этот невыгодный для себя контракт, да еще с такими сомнительными партнерами. Но к вечеру все прояснилось, и неприятные предчувствия для адвоката оправдались…