Лирика (сборник)
вернуться

Асадов Эдуард Аркадьевич
Шрифт:

Стихи о гордой красоте

Как нежданного счастья вестник,Ты стоишь на пороге мая,Будто сотканная из песни,И загадочная, и простая.Я избалован счастьем мало.Вот стою и боюсь шевелиться:Вдруг мне все это только снится,Дунет ветер… и ты – пропала?!Ветер дунул, промчал над садом,Только образ твой не пропал.Ты шагнула, ты стала рядомИ чуть слышно спросила: «Ждал?»Ждал? Тебе ли в том сомневаться!Только ждал я не вечер, нет.Ждал я десять, а может статься,Все пятнадцать иль двадцать лет.Потому и стою, бледнея,И взволнованный и немой.Парк нас манит густой аллеей,Звезды кружат над головой…Можно скрыться, уйти от светаК соснам, к морю, в хмельную дрожь.Только ты не пойдешь на это,И я рад, что ты не пойдешь.Да и мне ни к чему такое,Хоть святым и не рвусь прослыть.Просто, встретив хоть раз большое,Сам не станешь его дробить.Чуть доносится шум прибоя,Млечный Путь, как прозрачный дым…Мы стоим на дороге двое,Улыбаемся и молчим…Пусть о грустном мы не сказали,Но для нас и так не секрет,Что для счастья мы опоздали,Может статься, на много лет.Можно все разгромить напасти.Ради счастья – преграды в прах!Только будет ли счастье – счастьем,Коль на детских взойдет слезах?Пусть иные сердца ракетойМчатся к цели сквозь боль и ложь.Только ты не пойдешь на это,И я горд, что ты не пойдешь!Слышу ясно в душе сегодняЗвон победных фанфарных труб,Хоть ни разу тебя не обнялИ твоих не коснулся губ.Пусть пошутят друзья порою.Пусть завидуют. В добрый час!Я от них торжества не скрою,Раз уж встретилось мне такое,Что встречается только раз!Ты не знаешь, какая силаВ этой гордой красе твоей!Ты пришла, зажгла, окрылила,Снова веру в меня вселила,Чище сделала и светлей.Ведь бывает, дорогой длинной,Утомленный, забыв про сон,Сквозь осоку и шум осинныйТы идешь под комарный звон.Но однажды ветви раздвинешь –И, в ободранных сапогах,На краю поляны застынешьВ солнце, в щебете и цветах.Пусть цветов ты не станешь рвать,А, до самых глубин взволнованный,Потрясенный и зачарованный,Долго так вот будешь стоять.И потянет к лугам, к широтам,Прямо к солнцу… И ты шагнешь!Но теперь не пойдешь болотом,Ни за что уже не пойдешь!1960

Песня-тост

Парень живет на шестом этаже.Парень с работы вернулся уже,Курит и книгу листает.А на четвертом – девчонка живет,Моет окошко и песни поет,Все понежней выбирает.Но парень один – это парень, и все.Девчонка одна – девчонка, и все.Обычные, неокрыленные.А стоит им встретиться – счастье в глазах,А вместе они – это радость и страх,А вместе они – влюбленные!«Влюбленный» не слово – фанфарный сигнал,Весеннего счастья воззвание!Поднимем же в праздник свой первый бокалЗа это красивое звание!Месяцы пестрой цепочкой бегут,Птицы поют, и метели метут,А встречи все так же сердечны.Но, как ни высок душевный накал,Какие слова бы он ей ни шептал,Влюбленный – ведь это не вечно!Влюбленный – это влюбленный, и все.Подруга его – подруга, и все.Немало влюбленных в округе.Когда же влюбленные рядом всегда,Когда пополам и успех, и беда,То это уже супруги!«Супруги» – тут все: и влюбленности пыл,И зрелость, и радость познания.Мой тост – за супругов! За тех, кто вступилНавек в это славное звание!Время идет. И супруги, любя,Тихо живут в основном для себя.Но вроде не те уже взоры.Ведь жить для себя – это годы терять,Жить для себя – пустоцветами стать,Все чаще вступая в раздоры.Муж – это муж, и не больше того.Жена есть жена, и не больше того.Не больше того и не краше.Но вдруг с появленьем смешного птенцаОни превращаются в мать и отца,В добрых родителей наших!И тост наш – за свет и тепло их сердец,С улыбкой и словом признания.За звание «мать»! И за званье «отец»!Два самые высшие звания!1960

Разрыв

Битвы словесной стихла гроза.Полные гнева, супруг и супругаМолча стояли друг против друга,Сузив от ненависти глаза.Все корабли за собою сожгли,Вспомнили все, что было плохого.Каждый поступок и каждое слово –Все, не щадя, на свет извлекли.Годы их дружбы, сердец их биенье –Все перечеркнуто без сожаленья.Часто на свете так получается:В ссоре хорошее забывается.Тихо. Обоим уже не до споров.Каждый умолк, губу закусив.Нынче не просто домашняя ссора,Нынче конец отношений. Разрыв.Все, что решить надлежало, решили.Все, что раздела ждало, разделили.Только в одном не смогли согласиться,Это одно не могло разделиться.Там, за стеною, в ребячьем углу,Сын их трудился, сопя, на полу.Кубик на кубик. Готово! Конец!Пестрый, как сказка, вырос дворец.– Милый! – подавленными голосамиМолвили оба. – Мы вот что хотим… –Сын повернулся к папе и мамеИ улыбнулся приветливо им.– Мы расстаемся… совсем… окончательно…Так нужно, так лучше… И надо решить.Ты не пугайся. Слушай внимательно:С мамой иль с папой будешь ты жить?Смотрит мальчишка на них встревоженно.Оба взволнованы… Шутят иль нет?Палец в рот положил настороженно.– И с мамой, и с папой, – сказал он в ответ.– Нет, ты не понял! – И сложный вопросКаждый ему втолковать спешит.Но сын уже морщит облупленный носИ подозрительно губы кривит…Упрямо сердце мальчишечье билось,Взрослых не в силах понять до конца.Не выбирало и не делилось.Никак не делилось на мать и отца!Мальчишка! Как ни внушали ему,Он мокрые щеки лишь тер кулаками,Никак не умея понять: почемуТак лучше ему, папе и маме?В любви излишен всегда совет.Трудно в чужих делах разбираться.Пусть каждый решает, любить или нет,И где сходиться, и где расставаться.И все же порой в сумятице дел,В ссоре иль в острой сердечной драмеПрошу только вспомнить, увидеть глазамиМальчишку, что драмы понять не сумелИ только щеки тер кулаками.1961

Попутчица

– Мой муж бухгалтер, скромный, тихий малый,Заботлив, добр, и мне неплохо с ним.Но все-таки когда-то я мечтала,Что мой избранник будет не таким.Он виделся мне рослым и плечистым,Уверенно идущим по земле.Поэтом, музыкантом иль артистом,С печатью вдохновенья на челе.Нет, вы не улыбайтесь! Я серьезно.Мне чудился громадный, светлый залИ шум оваций, яростно и грозноК его ногам катящийся, как вал.Или вот так: скворцы, веранда, лето.Я поливаю клумбу с резедой,А он творит. И сквозь окно поройНет-нет и спросит у меня совета.Вагон дремал под ровный стук колес…Соседка, чиркнув спичкой, закурила.Но пламени почти не видно былоПри пламенной косметике волос.Одета ярко и не слишком скромно,Хорошенькое круглое лицо,В ушах подвески, на руке кольцо,Вишневый рот и взгляд капризно-томный.Плывет закат вдоль скошенного луга,Чай проводник разносит не спеша,А дама все описывает друга,Которого ждала ее душа.Чего здесь только нет: талант, и верность,И гордый профиль, и пушистый ус,И мужество, и преданность, и нежность,И тонкий ум, и благородный вкус…Я промолчал. Слова нужны едва ли?!И все ж хотелось молвить ей сейчас:«Имей он все, о чем вы тут сказали,Он, может быть, и выбрал бы не вас».1961

Телефонный звонок

Резкий звон ворвался в полутьму,И она шагнула к телефону,К частому, настойчивому звону.Знала, кто звонит и почему.На мгновенье стала у стола,Быстро и взволнованно вздохнула,Но руки вперед не протянула,И ладонь на трубку не легла.А чего бы проще: взять и снятьИ, не мучась и не тратя силы,Вновь знакомый голос услыхатьИ опять оставить все, как было.Только разве тайна, что тогдаВозвратятся все ее сомненья.Снова и обман, и униженья –Все, с чем не смириться никогда!Звон кружил, дрожал, не умолкая,А она стояла у окна,Всей душою, может, понимая,Что менять решенья не должна.Все упрямей телефон звонил,Но в ответ – ни звука, ни движенья.Вечер этот необычным был,Этот вечер – смотр душевных сил,Аттестат на самоуваженье.Взвыл и смолк бессильно телефон.Стало тихо. Где-то пели стройно…Дверь раскрыла, вышла на балкон.В первый раз дышалось ей спокойно.1961

Звезды служат влюбленным

Реки служат судам,Травы служат стадам,Рельсы – гулким колесам вагонным.Птицы служат садам,Маяки – морякам,Звезды служат влюбленным.Льют созвездья на землю таинственный свет,Но ни трасс, ни путей к ним космических нет,К ним, всегда добела раскаленным.Космодром для ракет –Лишь прохлада планет.Звезды ж светят одним влюбленным.Говорят, что влюбленный – это чудак.Внешне, может, и так, но по сути не так.Просто он изнутри озаренный.Не косись на него с недоверьем, профком,Кто рекорды дает и живет с огоньком?Да, конечно же, он, влюбленный!Кто влюблен – тот не ищет покойных путей,Рвется к ветру и к звездам с любимой своей,Всей земной красотой окрыленный.«Жить с романтикой!» – это влюбленных закон,Ну а кто не романтик, то попросту онВообще никакой не влюбленный.Майский вечер затих в синеве тополей,И гирлянды мигающих дальних огнейНад широким зажглись небосклоном.Это так хорошо, что составы бегут,Что на свете есть счастье, что птицы поютИ что звезды горят влюбленным!..1962

Обидная любовь

Пробило десять. В доме – тишина.Она сидит и напряженно ждет.Ей не до книг сейчас и не до сна:Вдруг позвонит любимый, вдруг придет?!Пусть вечер люстру звездную включил,Не так уж поздно, день еще не прожит.Не может быть, чтоб он не позвонил!Чтобы не вспомнил – быть того не может!«Конечно же, он рвался, и не раз,Но масса дел: то это, то другое…Зато он здесь и сердцем и душою».К чему она хитрит перед собоюИ для чего так лжет себе сейчас?Ведь жизнь ее уже немало днейТечет отнюдь не речкой Серебрянкой:Ее любимый постоянно с ней –Как хан Гирей с безвольной полонянкой.Случалось, он под рюмку умилялсяЕе душой: «Так преданна всегда!»Но что в душе той – радость иль беда?Об этом он не ведал никогда,Да и узнать ни разу не пытался.Хвастлив иль груб он, трезв или хмелен,В ответ – ни возражения, ни вздоха.Прав только он, и только он умен,Она же лишь «чудачка» и «дуреха».И ей ли уж не знать о том, что онНи в чем и никогда с ней не считался,Сто раз ее бросал и возвращался,Сто раз ей лгал и был всегда прощен.В часы невзгод твердили ей друзья:– Да с ним пора давным-давно расстаться.Будь гордою. Довольно унижаться!Сама пойми: ведь дальше так нельзя!Она кивала, плакала порой.И вдруг смотрела жалобно на всех:– Но я люблю… Ужасно… Как на грех!..И он уж все же не такой плохой!Тут было бесполезно препираться,И шла она в свой добровольный плен,Чтоб вновь служить, чтоб снова унижатьсяИ ничего не требовать взамен.Пробило полночь. В доме тишина…Она сидит и неотступно ждет.Ей не до книг сейчас и не до сна:Вдруг позвонит? А вдруг еще придет?Любовь приносит радость на порог.С ней легче верить, и мечтать, и жить.Но уж не дай, как говорится, БогВот так любить!1962

«Ты грустишь и, косу теребя…»

Ты грустишь и, косу теребя,Молча смотришь в сумрак за окном…Чем же мне порадовать тебя?Как зажечь глаза твои огнем?Ты романтик. Прямо на звездуПроложу я серебристый след.Для тебя я в летчики пойду.Ну скажи: ты рада или нет?Хочешь, смело в космос полечу?– Не хочу.Ты грустишь и, косу теребя,Молча смотришь в сумрак за окном…Чем же мне порадовать тебя?Как зажечь глаза твои огнем?Здесь дождя холодная стена.А на юге солнечный закат…В берег бьет зеленая волна,Расцветают персик и гранат.Хочешь, на Кавказ тебя умчу?– Не хочу!Ты грустишь и, косу теребя,Молча смотришь в сумрак за окном…Чем же мне порадовать тебя?Как зажечь глаза твои огнем?Не сердись, додумаюсь, пойму.Может, и отыщется струна.Может, в космос мчаться ни к чемуИ волна морская не нужна?Хочешь стать моею навсегда?– Да!..1962