ДЖИН. Мне, также, нужно объяснить кое-что.

РЭДЖ. Ты изменила свое решение относительно праздничного концерта?

ДЖИН. Нет.

УИЛФ. (Рэджи). Ну, как я и говорил.

ДЖИН. Но, у меня такое чувство, что я должна объяснить Вам, почему я против. К вам это не относиться. Вы вправе делать, что считаете нужным. Но что касается меня… У меня было время подумать…

Сисси просыпается, но не видит Джин.

СИССИ. Просто позор. Седрик сказал, мы можем надеть кое-что из старых костюмов Карл Розы. Он сказал, у кого они хранятся, но я не могу теперь вспомнить. 1961 год куда-то подевался в моей памяти. Там есть даже горб для Уилфа. Я очень надеюсь, что Джин изменит свое решение.

ДЖИН. Нет, не изменю.

СИССИ. О, Джин! Ты вернулась из Банглодеша? Тебе не понравилось в Брахмапутре?

ДЖИН. О, Боже!

Уилф смеется…

РЭДЖ. (Пришел в себя) Это лимонный мармелад. Мой любимый. Ты помнишь. Ты меня глубоко тронула. Такой замечательный подарок.

Небольшая пауза.

ДЖИН. Прости меня, Сисси, за то, что я сорвалась. За эти два дня я выплакала больше, чем за всю свою жизнь.

УИЛФ. Ну, теперь можно и остановиться. Мы поем трио из «Цирюльника».

ДЖИН. Постарайся взглянуть на это моими глазами. Надеюсь, что я не забуду то, что хотела сказать. (Она собирается с духом). Когда-то я была кем-то…

УИЛФ. Все мы кем-то были когда-то…

СИССИ. Я думаю, что я и сейчас кое-кто.

ДЖИН. Но я была самой яркой на небосклоне…

РЭДЖ. Да, да, ты была настоящей звездой, великой… мы знаем…

ДЖИН. Я была. Не мешайте мне. Мне так трудно сейчас быть искренней.

РЭДЖ. Тебе это трудно было всегда.

Джин собирается уходить.

Не уходи. Пожалуйста. Прости меня. Я не буду больше острить. Пришел мой черед постараться прояснить тебе кое-что. Я, тоже много думал об этом.

Джин останавливается.

Ты переехала сюда, мне кажется, я правильно тебя цитирую, потому что у тебя не было выбора. Это не сумасшедший дом, Джин. Во всяком случае, не больше, чем любой другой. Мы — сообщество людей одной профессии и схожего опыта в работе. Мы страшные индивидуалисты и часто ведем себя эксцентрично…

ДЖИН. Эксцентрично? Мы? Что ты имеешь в виду?

РЭДЖ. И все мы, без исключения, старики. Я всегда верил, что в чужом монастыре следует жить по его уставу.

УИЛФ. Реджи прав. Это общежитие. Почести нас ждут теперь только в крематории.

Мне здесь нравиться. Не на что жаловаться, кроме сплетен. Я думаю, нам очень повезло, на самом деле, очень.

ДЖИН. Я так не считаю. Мне казалось, что остаток своих дней я проведу совсем иначе…

УИЛФ. И никто не думал. Но, раз уж так случилось, то будет лучше принять это.

РЭДЖ. Прими, пожалуйста, и нашу традицию — праздновать день рождения Джузеппе Верди 10 октября. Мы отмечаем это маленьким концертом.

ДЖИН. Это смешно и неприлично…

РЭДЖ. (взрываясь) Не будь такой агрессивной. Господи, ты не изменилась. Ты не раздумываешь, не слушаешь — просто прешь как бульдозер по чувствам людей, ты никогда…

ДЖИН. Да, я такая. И меняться не собираюсь. Зачем?

РЭДЖ. Да, в общем, незачем. Только, разве, тебе самой от этого могло бы стать полегче.

СИССИ. Я-то надеялась, что ее звездное сияние поугасло…

РЭДЖ. (старается сохранять спокойствие) Мое мнение, что вновь играть, хотя бы раз в год, перед аудиторией, состоящей из наших товарищей, обслуживающего персонала, гостей — это способ заявить, что мы существуем.