– Какую девку опускали в твоей «Станице», козел? – взревела на таких высоких нотах Наташа, что Огурцов почти оглох.

Он даже не подозревал, что она может так голосить! На минуту сделалось неприятно. Пока не понял: да она же ревнует! Эта дуреха его ревнует к какой-то девке! Подслушала, ничего не поняла, а теперь бесится!

– Я слушаю!

Наташа просто не смогла пробраться сквозь баррикаду из мужских ног на ее кухне. Иначе она бы точно вцепилась в его шикарную шевелюру. Непременно клок бы выдрала!

После всех этих лет… После одиноких выходных и праздников, когда ему непременно нужно было находиться с семьей… Какая-то девка?!

– Говори, Огурцов! Или я за себя не отвечаю! – И она, дура такая, схватила со стола нож для масла и замотала им в воздухе.

А менты что? Они не вмешивались! Им это, кажется, даже нравилось!

– Девка не моя, – сжался он под ее бешеным взглядом.

– А чья?

– Володи Филиченкова.

Он смотрел только на Наташу. И только для нее говорил. И совсем он ничего такого не хотел сливать ментам, уж извините! Совсем не хотел!

– Ты специально его вызвал к себе? – нависала Наташа с ножом для масла над столом, не имея возможности пододвинуться к Огурцову ближе.

– Да, специально.

– И держал там его час специально?

– Да… Держал до тех пор, пока мне не дали отмашку.

– Зачем?! – ахнула она. – Зачем ты это сделал?!

– Мне заплатили, – пожал он плечами.

– За что?!

– Подробностей я не знаю, малыш! Просто попросили отвлечь парня…

– А сначала попросили переместить молодую пару из кабинета в центре «Станицы», который они заказали, на отшиб? – уточнил Жэка, выразительно потирая ладонь.

– Да.

– Так, ладно, ты парня отвлек. Дальше?

– А ничего. Он потом ее увез, и все. – Огурцов покосился на Лаврова. – Правда, Гришины пацаны засекли вот его и нейтрализовали.

– Вот что ты брешешь?! Что ты брешешь, гнида? – взорвался Жэка, обидевшись за друга. – Это твои парни его засекли! Ты позвонил Гришину. Попросил об одолжении. Объяснил, что своих людей не можешь задействовать. Разве не так?

– Мои люди не нападали, – выхватил самое важное Огурцов, поникнув. – Но это не мои парни его засекли! Не мои!

– А кто? – Жэка снова пристроил ладонь на башке Огурцова. – Говори! Я теряю терпение, Стасик! Либо мы сейчас едем в отдел и оформляем тебя…

– За что? – взвился тот сразу.

– За доведение до самоубийства, – глухо отозвался Лавров, сидевший все это время молча.

У него просто в голове не укладывалась сложная схема, по которой разрабатывался преступный замысел! Это кто же так накрутил?! Это кому же было нужно обесчестить Машу?! Для чего, главное?!

– Знаешь такую статью? – наклонился к самому его лицу Жэка, дохнув застарелым табачным перегаром. – Суровая статья, Огурцов!

– Я ее не доводил! Вы чего, парни?

Вот когда он по-настоящему перепугался! Вот когда взмок под штанами до самых пяток! И даже угрозы майора о том, что тот жене расскажет о его шашнях с блондинкой, его не смутили. А и черт с ней! Пусть узнает! Перепугало его само слово – статья! Он пуще смерти боялся тюрьмы! Пуще смерти боялся неволи! В сложные девяностые, по молодости, соскакивал, как мог. Чего же теперь-то? На старости лет на нарах корячиться?!

– Я никого не доводил до самоубийства, вы чего?! – Огурцов неавторитетно захныкал. – Мне было сказано поменять место отдыха, вызвать к себе парня, нейтрализовать наблюдателя, когда его обнаружили. Все! Я больше ничего не знаю, клянусь!

– Обнаружили меня твои люди? – Саня Лавров настороженно покосился на крупную даму, размахивающую ножом почти над его головой. – Или…

– Те, кто заказ передавал. Я их не знаю. Гопники какие-то по виду! Я даже не знал, что они с телкой делать собираются. Думал, просто побазарят. Потом мне уже мои парни шепнули, что там с камерами шустрили пацаны какие-то, пока я Володьку отвлекал. Ну и все… А с тобой, начальник, неловко вышло. Каюсь! Я Грише позвонил, попросил разобраться. Я же не знал, что он так разберется! Как был колхозником, так и…

– Хватит врать-то, – хмыкнул Жэка. – Не знал он!

– Не знал! – твердо повторил Огурцов, прекрасно понимая, что доказать обратное они будут не в силах. Покосился на Наташу: – Ну чего ты, малыш? Я все честно рассказал. Успокойся!

– Получается что? – Она убрала нож за спину, отступила к стене. – Кто-то тебя попросил перенести место отдыха с центра на окраину, правильно я понимаю?

– Правильно, – кивнул Огурцов, уловив в ее тоне примирительные нотки.

– Потом тебя попросили отвлечь парня на час. Так?