– Ваш муж не упоминал о нем?

– Я же вам говорила, я не виделась с Брюсом, пока он был там.

– Верно, я забыл, – Доил откусил хороший кусок от своего бутерброда с ветчиной. Карен отодвинула стакан, но ладонь хранила холод.

– Я все думаю об этом парне. Кто мог бы сделать такое? Доил прожевал, проглотил.

– Как сказать.

– Я знаю, это глупый вопрос, – Карен кивнула. – Убийства совершают разные люди. Я думаю, вы видели многих из них.

– Не очень многих. Согласно статистике, менее половины всех преднамеренных убийств в стране заканчиваются арестом. И только небольшой процент арестованных подвергают суду и приговаривают.

– Но мы же читаем все эти статьи о научных методах расследования…

– Разумеется. И у нас есть ученые-криминалисты, разное оборудование. Иногда все это срабатывает. И мы в таком случае отвешиваем поклоны. – Улыбка Доила была мрачной. – Но я вам скажу откровенно. В девяноста процентах случаев успешных расследований убийц полиции, что называется, подносят на блюдечке.

– Что вы имеете в виду?

– Либо он приходит и сдается, либо на него наводят.

– Информатор? Доил кивнул.

– Вот тогда-то и начинается настоящая полицейская работа – сбор доказательств для осуждения. Но сначала нужно произвести арест. И в девяти случаях из десяти он возможен только в результате наводки, – Доил пристально смотрел ей в глаза. – Я говорю не о профессиональных информаторах или даже свидетелях. Чаще всего это кто-то из близких – друг, член семьи, который знает или догадывается. Сначала они обычно решают молчать, но спустя какое-то время, когда успевают все хорошо обдумать, начинают понимать, что им следует прийти к нам. Что их долг – предотвратить повторение таких преступлений, если вы понимаете, о чем я говорю.

– Я понимаю, – Карен выдержала его взгляд. – Понимаю прекрасно. Но я не сделаю внезапного признания. Если вы ожидаете, что я скажу, что да, Брюс виновен, то этого не будет. Не потому, что он мой муж, а потому, что я не знаю. Вы понимаете это? Не знаю!

– Миссис Раймонд… Карен встала.

– Пора возвращаться в офис, – сказала она. Больше она не сказала ему ни слова до тех пор, пока они не вернулись в ее тесную кабинку на десятом этаже. Там она взяла эскиз и свой текст и направилась в холл.

– Мне пора к боссу, – сказала она Дойлу. – Его офис за углом в другом коридоре.

– Я вас провожу.

– Как хотите, – она подняла трубку и предупредила Хаскейна, что идет к нему. Доил молча проводил ее до двери кабинета Хаскейна.

– Вы идите, – сказал он. – Я подожду здесь, – он открыл ей дверь. – Послушайте, извините, что у меня это так прозвучало. Я не имел в виду…

– Я знаю, что вы имели в виду, – Карен прошла мимо него и захлопнула за собой дверь.

Эд Хаскейн сидел за столом. Он поднял голову и открыл было рот, но Карен опередила его.

– Я все еще в порядке, – сказала она, раскладывая эскиз и отпечатанный текст на столе перед ним. – И, я думаю, текст – тоже.

Какими бы комплексами он ни страдал, Хаскейн всю жизнь был влюблен в словесность. Именно интерес к семантике вывел его в начальники отдела рекламных текстов. Одного вида отпечатанных на машинке или в типографии слов было достаточно, чтобы возбудить его аппетит, и сейчас у него слюнки потекли, когда он перевел свой взгляд на страницу.

– Ага, да, полагаю, это как раз то, что нужно, – он поднял голову, задумчиво потер подбородок. – Вот только одно, заголовок. Подросткам это будет понятно, но для обычной публики?..

– Я как-то не подумала, – Карен нахмурилась. Хаскейн встал.

– Извини меня, я на минутку.

Он скрылся в персональном туалете, закрыв за собой дверь. В этот момент на телефонном аппарате Хаскейна замигала лампочка. Карен автоматически подняла трубку и придала голосу привычное официальное звучание.

– Офис мистера Хаскейна.

– Карен.

Она не ответила. Не могла вымолвить ни слова.

– Карен ты узнаешь, кто это?

– Да.

– Я просил соединить меня с твоим кабинетом, но они дали этот номер. Ты одна?

– Очень ненадолго.

– Тогда слушай. Во сколько у вас перерыв на кофе?

– В четыре.

– Хорошо. Я буду тебя ждать. Наверху, на крыше.

– Я, я не знаю смогу, ли вырваться…

– Ты должна. Мне нужно с тобой поговорить. Может быть, это единственный шанс. Карен услышала звук спускаемой воды за дверью.

– Где ты? – прошептала она.

– В четыре на крыше, – прошептал голос в ответ. Потом раздались гудки.

Когда Карен вышла из офиса Хаскейна, Доил ожидал ее в холле.