Какое-то время в библиотеке царило безмолвие, нарушаемое лишь мурлыканием кошки подле стула Морейн да сухим потрескиванием огня в камине, выщелкивающим искры из поленьев. Затем гневно взорвалась Найнив:

— И вы ждете от нас, чтобы мы отправились за вами туда? Вы, должно быть, с ума сошли!

— А что вы можете предложить взамен? — тихо спросила Морейн. — Белоплащников в Кэймлине или троллоков за его стенами? Помните, мое присутствие само по себе дает некоторую защиту от Темного.

С раздраженным вздохом Найнив уселась обратно.

— Вы до сих пор не разъяснили мне, — сказал Лойал, — почему я должен нарушить указ Старейшин. И желания входить в Пути у меня нет. Пусть зачастую и грязные, но дороги, которые проложили люди, хорошо служили мне с тех пор, как я покинул Стеддинг Шангтай.

— Род людской и огир, все живое, мы все — в войне с Темным, — сказала Морейн. — Большая часть мира об этом даже и не подозревает, а большинство из тех немногих, кто сражается в войне, участвует в мелких стычках и полагает, что именно они-то — битвы. Мир пока отказывается верить в эту войну, а Темный тем временем может оказаться в шаге от победы. В Оке Мира достанет мощи, чтобы уничтожить узилище Темного. Если Темный найдет способ подчинить Око Мира своему замыслу...

Ранду захотелось, чтобы в комнате горели лампы. На Кэймлин наползал вечер, и света от пламени в камине было маловато. Юноше нестерпимо хотелось разогнать сгустившиеся в комнате тени.

— Что мы можем? — выкрикнул Мэт. — Почему мы так важны? Зачем нам нужно идти в Запустение? Запустение!

Голоса Морейн не повышала, но он заполнил библиотеку, став повелительным. Стул возле камина неожиданно стал похож на трон. Вдруг даже сама Моргейз могла бы отступить на задний план в присутствии Морейн.

— Одно мы можем сделать. Можем прилагать все силы. То, что представляется случайностью, — зачастую и есть сам Узор. Три нити сошлись вместе, каждая предупреждая: Око. Это нельзя назвать случайностью; это и есть Узор. Вы, трое, не выбирали; вас выбрал Узор. И вы тут, где стала известна опасность. Шагните в сторону — и, возможно, обречете мир на гибель. Убегайте, прячьтесь, — это не спасет вас от плетущегося Узора. Или же можете постараться что-то сделать. Вы можете идти к Оку Мира, три та'верен, три центра Паутины, и оказаться там, где находится опасность. Дайте Узору сплестись вокруг вас троих, и вы можете спасти мир от Тени. Выбор — за вами. Заставить вас идти я не могу.

— Я пойду, — произнес Ранд, стараясь говорить твердым голосом. Как бы настойчиво он ни искал пустоту, в голове у него продолжали мелькать образы. Тэм, и дом на ферме, и стадо овец на пастбище. Это была простая и хорошая жизнь; по правде говоря, ему никогда и не хотелось ничего другого. Поддержкой — правда, слабой поддержкой — было услышать, как Перрин и Мэт прибавили свои слова согласия к его речам. Они тоже едва шевелили сухими губами.

— Думается, ни для меня, ни для Эгвейн иного выбора тоже нет, — промолвила Найнив.

Морейн кивнула:

— Вы, в каком-то роде, тоже часть Узора, обе. Вероятно, не та'верен, я думаю, но весьма существенная часть. Я знала об этом еще с Байрлона. И нет сомнений: теперь Исчезающим об этом тоже известно. И Ба'алзамону. Однако у вас такой же большой выбор, как и у юношей. Можете остаться здесь или отправиться в Тар Валон, как только остальные уедут.

— Остаться! — воскликнула Эгвейн. — Позволить другим уйти навстречу опасности, а самим прятаться под одеялами? И не подумаю! — Девушка поймала взгляд Айз Седай и чуть подалась назад, но не вся ее дерзость угасла. — Я так не поступлю, — тихо, но упрямо произнесла она.

— Думаю, это означает, что мы обе будем сопровождать вас. — Найнив произнесла это смиренно, но глаза ее вспыхнули, когда она присовокупила: — Вам до сих пор нужны мои травы, Айз Седай, если только у вас вдруг не появилось дарование, о котором я не знаю.

В голосе Мудрой слышался вызов, которого Ранд не понял, но Морейн просто кивнула ей и повернулась к огир:

— Ну, Лойал, сын Арента, сына Халана?

Прежде чем заговорить, Лойал дважды открывал рот, его уши с кисточками подергивались.

— Да, хорошо. Зеленый Человек. Око Мира. Разумеется, в книгах они упоминаются; но вряд ли какой-нибудь огир видел их на самом деле вот уже... о-о, весьма много времени. По-моему... Но обязательно ли через Пути? — Морейн кивнула, и длинные брови Лойала обвисли, кончики их мазнули по щекам. — Что ж, тогда ладно. Полагаю, я должен стать вашим проводником. Как сказал бы Старейшина Хаман, это самое меньшее, что я заслужил за свою всегдашнюю торопливость.

— Тогда каждый уже совершил свой выбор, — сказала Морейн. — А теперь, раз с этим покончено, нам нужно решить, что делать и как.