Ева чуть повела своими белыми плечами, и розовый лифчик под собственным весом полетел вниз и упал ей на колени. Ее груди подрожали и замерли. Подняв лифчик, она небрежно отшвырнула его в сторону, — но теперь я уже наблюдал только за Лори.

Она смотрела прямо на меня, ее глаза слегка сузились, и Лори первая лизнула языком нижнюю губку. Потом прогнула спину, отчего ее упругие груди выпятились, и легко сбросила черное платье. И тут зазвонил телефон.

Лори подпрыгнула, но это не шло ни в какое сравнение с моим диким антраша. Если бы его можно было замерить, уверен, мы бы имели новый рекорд по прыжкам в высоту из положения «стоя». Думаю, я подскочил вверх не менее чем на два фута.

— Что за черт! — возмутился Джим.

— Ничего, — быстро ответил я. — Спокойно. Может, это чей-то будильник.

Проклятый телефон заверещал снова.

Лори как замерла, так и осталась на месте, ее платье сползло на несколько дюймов, обнажив два бурно вздымающихся от волнения белых холма...

А телефон настойчиво трезвонил, трезвонил снова и снова.

— Проклятье! — выругался Джим. — Сидите тихо. — Он встал и нервно снял трубку. — Да, алло?

Телефон находился рядом с нами, на подставке возле стены, и я видел Джима. Он молча слушал. Лори кокетливо спросила:

— Признайся, звонок спас тебя?

Увы, что-то уже безнадежно испортило вечер. Она быстро натянула на себя платье, а Ева нацепила полоску бюстгальтера.

Потом я увидел, как стремительно меняется лицо Джима. Он бледнел на глазах. До синевы. Его нижняя челюсть отвисла, и он машинально придержал ее рукой. Что-то пробормотав в телефон, он повесил трубку и так и остался стоять, окаменевший.

— Джим, — позвал я. — Что случилось? В чем дело?

— Адам мертв. — Его лицо исказилось, похоже, он был в шоке. — Да, Адам мертв. Застрелен. Убит.

Я припарковал «кадиллак» перед домом Адама Престона. Две полицейские машины прибыли раньше нас и стояли у обочины. Джим приехал со мной. По дороге он почти не разговаривал.

Я пытался успокоить его:

— Это скверно, Джим, я знаю. Но соберись с духом. Когда мы прибудем на место... — Я задумался. — Почему полицейские позвонили тебе? Это имеет какое-то отношение к Лагуне?

— Нет, — перебил меня Джим. — Я... — Он замолчал, тяжело сглотнул. — Видишь ли, Шелл, его настоящее имя не Адам. Его звали Аарон. — Он посмотрел мне прямо в лицо. — Аарон Парадиз. Он — мой брат.

Джим вышел из машины, прежде чем я успел прийти в себя и сказать что-нибудь. Мы молча направились к входной двери. Полицейский в форме ждал нас, и мы вошли в дом.

Лейтенант в штатском по имени Уэсли Симпсон находился в гостиной и что-то торопливо записывал в свой блокнот. Он повернул голову и кивнул мне.

— Я присоединюсь к тебе через минуту, Шелл. Джим стоял рядом со мной, его руки безвольно повисли, лицо напоминало трагическую маску. Я положил руку ему на плечо.

— Джим...

Он покачал головой.

— Потом, Шелл.

Симпсон громко захлопнул свой блокнот и подошел к нам. Поздоровался, взглянул на Джима.

— Вы — мистер Парадиз?

Они быстро переговорили, потом другой офицер провел Джима через дверь в дальний конец комнаты. Очевидно, полиция знала, что Джим — брат убитого. Следовательно, им было также известно, что Адама звали Аарон Парадиз. Интересно, не по этой ли причине Джим поторопился рассказать мне о брате?

Симпсон остался в гостиной. Это был крепкий мужчина тридцати восьми лет, всегда аккуратно одетый. Сейчас его глаза слегка налились кровью, а веки отяжелели — видимо, от недостатка сна. Было далеко за полночь, а в такое время полицейский участок Голливуда уже закрыт, люди сменились с дежурства, поэтому первыми сюда прибыли сотрудники центрального управления полиции; но они, как положено, поставили в известность коллег из отдела убийств Голливуда, вот почему тут оказался Симпсон.

— Ты выглядишь измученным, Уэс, — посочувствовал я ему.

— Я как раз стягивал штаны, когда поступил звонок, — пожаловался он. — Так хотелось спать, что впопыхах я чуть не забыл натянуть их снова. У меня была тяжелая неделя.

— Какова ситуация?

— Труп все еще здесь, в спальне. Мы уже заканчиваем.

— Его застрелили, верно?

— У тебя есть сигарета?.. Левая сторона, контактная рана, смерть наступила мгновенно — должно быть, он крепко спал. Он лежал голый в постели. Похоже, у него был... ну, накануне была вечеринка. Подружка исчезла, а он так и не проснулся. Мы считаем, что убийца ждал, когда Парадиз останется один и крепко уснет после... э-э... бурного приема гостей, потом вошел и застрелил его.

— Вошел? Есть какие-нибудь следы, указывающие на то, пришлось ли убийце применить силу, чтобы попасть в комнату?

— Нет, здесь простой замок. Профессионал запросто мог войти. Во всяком случае, Парадиз ему не открывал. Усек?

Я кивнул.

— Он не мог подойти и открыть кому-то двери, будучи голым, а потом вернуться в постель. Значит, его застрелили в кровати, и сделал это тот, кто подобрал отмычку. Или у него был ключ... У тебя есть сигарета?

— Откуда вам стало известно, что его зовут Парадиз, Уэс? Он называл себя Адамом Престоном.