— Значит, все-таки была цель — убить?

— Сие есть тайна великая... Но сказать так.., можно. Вот посмотрите, — эксперт хотел было отдернуть простыню, чтобы показать Пафнутьеву поврежденные органы, но тот решительно пресек эту попытку.

— Нет-нет, — Пафнутьев задернул покрывало. — Верю на слово. Скажите, вы встречались в последнее время с такими вот ударами, с такими последствиями?

Увеличенные стеклами глаза эксперта сделались еще больше, на какое-то время замерли в неподвижности, потом, оторвавшись от лица Пафнутьева, медленно шевельнулись, нащупали тело, лежащее на толстом каменном основании с углублением, потом снова шевельнулись, и Пафнутьев скорее догадался, чем увидел — эксперт смотрит ему прямо в глаза.

— Должен вас огорчить... Не припоминаю.

— Почему же огорчить, — невольно усмехнулся Пафнутьев. — Я счастлив, что такого больше не было. Надеюсь, и не будет.

— К нам сюда попадают люди только в исключительных случаях... Вроде вот этого... А что касается удара... Позволю себе предположить, что не все удары того человека приводят к таким вот результатам.

— Вы так думаете? — спросил Пафнутьев механически, чтобы что-то ответить и вдруг почувствовал беспокойство, чем-то его встревожили последние слова эксперта, который выражался хоть и церемонно, но достаточно точно. Где-то рядом была догадка, но в чем она заключалась, к чему вела, Пафнутьев понять не мог. — Вы так думаете? — снова повторил он свой вопрос, пытаясь понять, осознать — что зазвенело в нем после невинных слов эксперта, какая связка наметилась.., — Простите, как вы сказали? Повторите, пожалуйста, ваши последние слова.

— Хм, — эксперт дернул острым плечом, которое казалось еще острее от угластого, накрахмаленного халата. — Я позволил себе предположить, что не все удары, ножевые удары этого человека приводят к последствиям столь необратимым.

— И что же из этого следует?

— Из этого можно сделать только один вывод, — эксперт посмотрел на Пафнутьева с некоторой растерянностью — он не понимал последних вопросов, они казались ему слишком простыми, словно их задавал человек, который его не слушал.

— Какой же вывод следует? — Пафнутьев и в самом деле прислушивался не столько к словам эксперта, сколько к самому себе — где-то в нем зрела догадка, где-то в его сознании гуляла счастливая мысль, но поймать ее, вытащить на ясный свет он не мог.

— Вывод такой... Возможно, есть на белом свете люди, которые повстречались с этим убийцей, но после этого выжили. Остались жить, пояснил эксперт, не уверенный, что следователь его понял. — Ведь насколько я понимаю, вас интересует не столько этот несчастный, — он кивнул в сторону тела, возвышающегося под покрывалом, — сколько мм.., убийца. Верно?

— Значит, после такого удара выжить все-таки можно?

— После любого удара можно выжить и сие есть тайна непознаваемая. Известны случаи, когда человек выжил после того, как ему в автомобильной аварии оторвало, простите, голову.

— Где ему оторвало голову? — Пафнутьев задал явно не тот вопрос, который ожидал услышать эксперт.

— В автоаварии, — ответил он озадаченно.

— Так бы и сказали сразу, — Пафнутьев улыбнулся широко и счастливо и, похоже, эта его улыбка поразила эксперта больше всего — столь она была неожиданной и неуместной при разговоре об оторванной голове. — Да, а голову-то пришили? — спросил Пафнутьев, все еще радуясь пойманной мысли.

— Да... Пришили... И человек жил... Должен вам сказать, что сие есть...

— Спасибо! Я уже понял, что сие есть тайна великая и непознаваемая. Это еще что! Я вот недавно встречался с человеком, у которого после автокатастрофы голова, вроде бы и уцелела, а вот мозги отшибло начисто!

— О! — эксперт пренебрежительно махнул красной, шелушащейся от частого мытья ладошкой. — Это на каждом шагу!

— Вы так думаете? — шало спросил Пафнутьев, — ему стало совсем легко. Теперь он знал, что делать дальше, кому звонить, с кем встречаться, какие вопросы задавать.

— Мне так кажется, — осторожно поправил эксперт. — Быть совершенно в чем-либо уверенным, — начал он, но Пафнутьев непочтительно его перебил.

— Это прекрасно! — воскликнул он. — Это просто замечательно! Послушайте меня, пожалуйста... Через час я приведу сюда одного человека, вашего коллегу...

— Он тоже вскрывает трупы?

— Нет, он вскрывает живых людей. И вы ему покажете этого гражданина, — Пафнутьев кивнул в сторону тела. — И ответите на два-три вопроса, если они у него возникнут. Договорились?

— С большим удовольствием.

— Да? — удивился Пафнутьев. — Ну что ж, если с удовольствием, то тем более. До скорой встречи!

Овсов внимательно осмотрел новое ранение, молча выслушал пояснения эксперта, который при разговоре с коллегой позволил себе быть немного разговорчивее, смелее в предположениях. Время от времени Овсов настороженно взглядывал на стоявшего в сторонке Пафнутьева.

— Мне все ясно, — произнес, наконец, Овсов. — Спасибо. Полностью с вами согласен, — он чуть заметно поклонился в сторону эксперта. — Хорошая профессиональная работа, — добавил Овсов.