— Никто внятно сказать не мог. Если и есть друзья, а они наверняка есть, то они хорошо законспирированы, — оперативник сидел у двери, мял в руках вязанную шапочку, которая за день промокла насквозь, переставлял промокшие ноги в расползшихся туфлях и, похоже, единственно, о чем мечтал — это добраться до ванной.

— Что она страхует? — спросил Пафнутьев.

— Все. Квартиры, детей, молодоженов...

— Машины? — нетерпеливо перебил Пафнутьев.

— Да... Как и все агенты. Тут она ничем от прочих не отличается. Кстати, это одна из наиболее выгодных страховок. И вещь дорогая, и взносы большие, и отчисления ей идут неплохие... Да и угонов все больше.

— Замужем?

— Нет.

— И не была?

— Говорят, не была. Во всяком случае, никто не помнит ее замужней... Что, в общем-то, странно.

— Почему?

— Соблазнительная бабенка.

— И никаких ухажеров?

— Ходят смутные разговоры о каком-то настойчивом хахале. То ли он был ее мужем, то ли все ограничилось пламенной любовью, то ли они собираются внести поправку в свое семейное положение — Но разговор такой есть. А она на подобные темы ни с кем не говорит.

— О чем же она говорит?

— Ни о чем.

— Молчит? — уточнил Пафнутьев.

— Нет, она не молчит,. — поправил оперативник и пересел на другое место, поскольку под стулом, на котором сидел, образовалась лужа. — Цыбизова очень разговорчивая женщина, красивая, себя держит в полном порядке... А вот говорит она ни о чем.

— Это как?

— Вчерашние телепередачи, помолвка Аллы Пугачевой, черный муж Понаровской, способы похудения, цены, поездки, наряды... Ну, я так далее.

— У нее самой есть машина?

— Есть. Старенький «жигуль», чуть ли не первых лет выпуска, на вид неказистый, но на ходу. Я видел его... И покрасить бы не мешало, и зарихтовать есть что, и лобовое стекло нуждается в замене...

— Водит сама?

— Сама.

— Гараж?

— Нет, машину оставляет во дворе.

— Что же она так неосторожно?

— Эту машину я бы не стал угонять, — усмехнулся оперативник.

— Ей действительно нужна машина?

— Круглый год. Страховому агенту без машины тяжело... Клиенты разбросаны по нескольким кварталам, есть и в других районах города...

— Я смотрю, ты достаточно плотно с ней познакомился?

— Она подвезла меня немного... Разговорились, — усмехнулся оперативник. — Хорошая девочка... Но...

— Самое интересное для меня, когда ты произносишь «но»! — воскликнул Пафнутьев. — Продолжай, пожалуйста, именно с этого слова «но». Хорошая девочка, но...

— Больно четкая. Рядом с ней я себе показался простоватым. Недотепой каким-то. Цены, моды, валюты, курсы доллара, акции...

— До чувств дело не дошло?

— Чувства у нее есть, но, похоже, они нисколько не влияют на поступки... Очень конкретная девочка.

— У нее были случаи больших выплат клиентам?

— Были.

— Угоны?

— Да.

— Бывала за рубежом?

— В прошлом году круиз по Средиземному морю. Большой белый корабль, артисты, фокусники, бизнесмены, конкурс красоты... Ну и так далее. Я бы не отказался.

— Даже с ней? — усмехнулся Пафнутьев.

— Особенно с ней.

— Уж не влюбился ли ты случаем?

— Если и дальше буду ее разрабатывать, то не исключено.

— Но денек-второй выдержишь?

— Постараюсь, Павел Николаевич. Хотя... Это будет нелегко.

— Надо же... Но в круиз вряд ли сможешь ее пригласить... Даже по Волге, не говоря уже о Средиземном море.

— Она пригласит, — усмехнулся оперативник.

— Ну-ну... Как она сама объясняет этот круиз? Даже по нынешним временам это... Из ряда вон.

— Поговаривают о каком-то благодетеле. То ли сама проболталась, в чем я сомневаюсь... Скорее всего сознательно назвала источник, чтобы не задавали лишних вопросов. Спонсор — и все тут. Женщина, говорит, я молодая, на здоровье не жалуюсь, а организм своего требует.

— Раскованная девушка, — пробормотал Пафнутьев.

— Да, это качество все отмечают. Но другие в страховых агентах и не задерживаются. Надо уметь и расколоть человека, и в доверие втереться, и убедить в собственной надежности.

— И для нашей работы подошла бы?

— Вполне, — не колеблясь ответил оперативник. — На ней висит что-то серьезное?

— Пока не знаю.

— Но не исключено?

— Да, так можно сказать... Послушай, Миша, уж коли она так тебе по душе пришлась... — Пафнутьев помолчал, преодолевая собственные сомнения. — Сделай полную фотографию ее рабочего дня. От того момента, когда вспыхнет свет у нее на кухне, до того момента, когда свет погаснет в спальне. Разумеется, она не должна об этом знать.