Расталкивая танцующих, я пробрался к лестнице. Ядя как раз объясняла взбешенному НД:

– Когда мы выехали на шоссе, ведущее к аэропорту, он остановил машину, якобы желая развернуться, и высадил меня из «зима»…

– Ты могла позвать на помощь!

– Да, могла… Но в радиусе километра никого не было. Я с трудом поймала такси…

В то время как НД, решив «сохранить лицо» перед доктором, направился с Ядей к столику, я побежал в раздевалку к телефону.

Надо было немедленно связаться с Емёлой, который задержал парня и ждал в комиссариате…

– У меня великолепная новость, – услышал я голос Емёлы. – Прокуратура освободила Трахта. А этот паренек приезжал, чтобы предупредить Мингеля, и ничего больше не знает. Он получил для этого на расходы пятьдесят злотых…

Я коротко обрисовал ему создавшееся положение.

– Тогда я немедленно еду на квартиру Трахта! – решил Емёла.

Я спустился вниз. В зале танцевали что-то похожее на чарльстон. С большим трудом мне удалось пробиться сквозь толпу танцующих.

Кристина танцевала с доктором. Ядя спокойно подкрашивала губы.

– За клипсы, Глеб, ты еще от меня получишь! – заявила она.

– Олесь пока ничего не знает, и я не вижу причин портить ему вечер, – сказал НД.

– Емёла сообщил, что Трахт на свободе, – прервал я его.

– Это… невероятно!.. Сбежал?

– Можно считать и так. Прокуратура проверяла случаи задержания. С момента ареста прошло сорок восемь часов, а поскольку марки – ерунда…

Я вынужден был умолкнуть, так как официант подавал шампанское.

– А парень? – спросил через минуту НД.

Я повторил ему то, что рассказал Емёла. Времени для дискуссии не было: к столику возвращались Кристина и доктор.

– Ну, Глеб, хватит шуток, пора за работу! – НД хлопнул меня по плечу. – Ты, Олесь, развлекай девушек… Приятного вечера. А мы, к сожалению, вынуждены уйти.

Я встал смущенный.

– Жаль, – сказал доктор, прощаясь. – Досадно, что у вас внеплановые осложнения.

– Пустяки! – рассмеялся НД.

Мы попрощались с Ядей и Кристиной и вышли на улицу.

– Идиот! – взорвался НД. – Не нужно было оставлять его с Ядей!

– Так… ты считаешь, что это я не должен был его оставлять?

– А разве я о тебе говорю? Постой… а почему ты из Берлина привез Яде и Кристине одинаковые клипсы?

– Что ты прицепился к клипсам, сумасшедший?

– А то, что Ядя не сумочку забыла, а меняла клипсы. Не могла же она быть с такими же, как у Кристины! А на это ушло около четверти часа, понимаешь? Вот где начало неудач! Уж идея-то с клипсами никак не моя! – негодовал НД, стоя посреди улицы.

Лишь минуту спустя, растерянные, мы тронулись дальше.

– А если он разобьет наш «зим»?… – размышлял вслух НД.

– В таком случае нам придется выложить около трехсот тысяч… – дополнил я. – Послушай, Юлек, кто тебе вообще велел брать «зим»? Не мог взять машину попроще?

– Не думаешь ли ты, что я должен был везти Ядю и Кристину на тракторном прицепе? Ничего другого не было!

– Поезжай в городскую комендатуру и заяви, что украден «зим», – решил я. – Пусть сообщат милицейским постам. А я тем временем допрошу парня. Встретимся у тебя в лаборатории.

Теперь самое главное – сохранить хладнокровие.

В комиссариате я сразу направился в камеру, где сидел задержанный паренек.

– Я… я ничего не сделал, – всхлипывал он. – Я и воробья не трону, а эти… схватили меня, будто я Фантомас… Это Генек меня впутал. Встретил у кино и говорит: «Вот тебе, Юзек, пятьдесят злотых, поезжай сейчас на такси и предупреди одного человека. Он, видишь ли… сейчас в „Бристоле“ с девицей, а его жена вот-вот туда нагрянет».

– Ты не знаешь, Юзек, откуда Генек взял деньги, чтобы предупредить этого человека?

– Знаю… Их дал ему другой человек. Такой видный из себя, среднего роста, в темном костюме…

Дальше следовало описание внешности Трахта.

– А до этого Генек был с ним знаком?

Меня интересовал круг лиц, связанных с Трахтом, а через него – с убийцей, с Мингелем. Раньше мы этим не занимались, так как все должно было выясниться после ареста Мингеля…

– Я не знаю, знал ли его Генек. Я-то его не знаю. Если б я знал, то, клянусь, сказал бы вам.

– Не врешь?

– Нет. Я не знаю ни его, ни того, из «Бристоля»…