– ..Бьется золотое сердце, — перебила меня Филлида. — Знаю, знаю. Да, с яйцами просто чудесно устраивается.

— Это семья Хелманов, — сказала я. — У них двое детей — Джим и Дейзи.

— Тебе многое удалось разведать.

— Я узнала, что еще отец и дед мистера Хелмана трудились на этой земле. Они занимаются овцеводством, так что разбираются в шерсти. Миссис Хелман говорит, что ее муж хорошо знает всех, кто связан с шерстью в Бредфорде.

— Правда? — тихо спросил Роланд.

— И ты сказала ей, что мы тоже связаны с торговлей шерстью? поинтересовалась Филлида.

— Конечно. Не могла же я только слушать, не вставив ни единого словечка. Она сказала, что никогда не слышала фамилии Фицджеральдов.

— Наверное, ей доставил удовольствие твой визит, — сказала Филлида. Должно быть, ей там одиноко. В таких местах всегда рады гостям.

— Да уж наверняка. Я рада, что вам понравились эти яйца.

— Теперь выслушай новости Роланда, — сказала Филлида.

— Я подобрал лошадей, — сказал он. — Их приведут во второй половине дня. Тебе, Люси, я выбрал красивую небольшую кобылу каштановой масти.

— Как чудесно! Значит, во второй половине дня?

— Я просил все сделать побыстрей. Мне хочется, чтобы вы с Филлидой порадовались новому приобретению.

— Конечно, мы будем рады! — воскликнула Филлида. — Но продолжай, Роланд.

— Есть возможность купить дом. Возле самого города. Это очень соблазнительно.

— г А он старый?

— Тебя вполне устроит. Восемнадцатый век. Говорят, он красивый и довольно просторный. Насколько я понял, у него много любопытных особенностей.

— Когда мы сможем посмотреть его?

— В нем еще живут владельцы. Они пока не выехали.

— Значит, пройдет еще много времени, прежде чем мы сумеем перебраться туда?

— Нет. Они готовы освободить дом сразу же по завершении сделки. Они куда-то выехали на несколько дней, но, как только вернутся, мы сможем посмотреть дом.

— Вот замечательно! — воскликнула Филлида. — Признаюсь, мне не терпится отправиться туда.

— Нам придется подождать их возвращения, а потом… Что ж, будем надеяться, агент ничего не преувеличивает.

— Какое у нас сегодня удачное утро! — сказала я.

— Очень удачное, — ответил Роланд. — А самое главное, что ты лучше чувствуешь себя.

— Скоро подадут ленч, — сказала Филлида. — Не сделать ли нам омлет из яиц миссис Хелман?

— Звучит заманчиво, — ответила я, — Мне нужно сходить наверх переодеть обувь.

— Не задерживайся. Я уже несу яйца на кухню.

Я поднялась в комнату, которую мы занимали с Роландом. Не нравится мне этот дом, подумала я.

Нужно объясниться с Роландом. Будет нечестным по отношению к нему, если я промолчу. Он такой добрый и внимательный и непременно заметит, что я изменилась.

Я сняла сапоги и надела туфли. В кувшине осталась вода, и я вымыла руки.

Когда я спустилась вниз, Филлида с Роландом были уже в столовой. Они разговаривали очень тихо, но с некоторой горячностью, что было необычно для них.

Я уловила обрывки сказанного Филлидой:

— С этим нужно поскорей заканчивать. Давно пора было все сделать. Это ты виноват, постоянно твердишь, что нужно подождать Когда я вошла, она тут же умолкла, как будто я захватила ее врасплох. Потом она как ни в чем не бывало продолжила свою речь:

— Я бранила Роланда Я говорила, что если бы он позаботился о лошадях пораньше, то они уже стояли бы у нас на конюшне — Она засмеялась. — Я очень рассердилась на него, и это несправедливо с моей стороны. А теперь давайте приниматься за омлет, он не любит долго ждать.

Вошла Китти с подносом. Попробовав омлет, мы все согласились, что он великолепен.

— Яйца совершенно свежие, — сказала Филлида. — Наверное, их снесли сегодня утром. Да, Люси, ты с пользой исследовала окрестности.

Прошло несколько дней. Много раз я порывалась сказать Роланду, что люблю Джоэля и по этой причине наши отношения уже не могут оставаться прежними.

Я напоминала себе о том, что считала себя влюбленной в Роланда, что сама с готовностью вступала в этот брак, надеялась на совместную счастливую жизнь. Но теперь, встретив Джоэля и поговорив с ним, я поняла, что именно потеряла и никогда не смогу вернуть.

Роланд замечал мою неуравновешенность, но относил ее на счет того, что я видела или, как он говорил, «думала, что видела». Он полагал, что у меня расстроены нервы. Так оно и было — и из-за того, что я видела, и из-за того, что я потеряла Джоэля.