— Просто она крепко спит, вот в чем дело, — заметила миссис Эмери, Бывают такие люди.

Я зевнула и сказала:

— Мне кажется, что мы тоже должны попытаться заснуть.

— Ваша комната сейчас будет готова, — сказала миссис Эмери.

— Спасибо, миссис Эмери. Тогда я пойду наверх.

Так я очутилась в своей старой комнате и не могла не подойти к окну, чтобы взглянуть на дуб с «заколдованной» скамьей Это была безумная ночь, и я почти не спала.

Поутру мы с Белиндой никуда не поехали. После того что произошло ночью, это было невозможно. Все слуги интересовались случившимся пожаром. Каждый желал лично обследовать повреждения. Филлида была очень расстроена. Она все время посматривала на меня со смешанным чувством страха и нежности.

— Ах, Филлида, ведь ничего не случилось, — сказала я.

— Да, но могло случиться. Если бы ты не проснулась… Я все думаю об этом. Я бы не вынесла этого, Люси. Я постоянно думаю о Роланде. Что бы я ему сказала?

— Но ведь ничего не произошло.

— Слава Богу.

Услышав о случившемся, Белинда выразила изумление.

— Пожар! В твоей комнате! Боже милосердный!

А я спала как убитая.

Она тоже осмотрела следы пожара.

— Эти занавеси! И ты тут лежала! Ты могла обгореть до смерти или оказаться изуродованной. Ах, Люси, а я была рядом и все проспала!

Мне стало любопытно, вспоминает ли она тот случай, когда она взяла свечу с рождественской елки и ткнула ею в мое платье — в платье, которое Ребекка подарила бедной девочке для того, чтобы она смогла прийти в нем на этот праздник. Помнила ли об этом Белинда? Должна была помнить, поскольку ее действия стоили Дженни Стаббс жизни, из-за чего меня забрали в Кадор и воспитывали вместе с Белиндой.

Впрочем, сейчас мысли Белинды наверняка были заняты только тем, что наша поездка в Лондон задерживается.

— Как странно, что вы не слышали всего этого шума, — сказала Филлида.

— Я очень устала, — ответила Белинда, — и заснула, едва добравшись до постели.

Филлида внимательно посмотрела на нее. У меня складывалось впечатление, что Филлиде не очень-то нравится Белинда. Затем Филлида сказала, что, если я не возражаю, она попросит, чтобы ту кровать убрали и поставили новую — Прямо смотреть на нее не хочется, — сказала она. — Не могу не думать о том, что могло бы произойти.

— Хватит вспоминать об этом, Филлида.

— Надеюсь, это удастся… Итак, я скажу, чтобы ее вынесли? Мне не хотелось бы, чтобы Роланд видел ее в таком состоянии. Представляю, как он расстроился бы.

— Тогда сделай это, если можно, пока я буду в Лондоне.

— Да, Люси, обязательно. Ты, конечно, отправляешься с Белиндой?

— Да.

— Надеюсь, все будет в порядке.

— В порядке? Разумеется. Ты о чем?

— Я точно не знаю. Просто после случившегося я стала мнительной.

— Мнительной… по поводу Белинды?

— Ну, знаешь, что-то такое в ней есть. Странный она человек. Я бы сказала, необузданный. Мне кажется, никогда нельзя угадать, чего она на самом деле хочет.

— Да, Белинда несколько непредсказуема. Но я хорошо ее знаю. Мы с ней лучшие подруги.

Филлида кивнула, однако выглядела по-прежнему озабоченной.

На следующий день мы с Белиндой отправились в Лондон.

Вначале мы поехали к Седеете, которая была рада видеть нас.

— И Люси тоже здесь! Это хорошо, — сказала она. — Надеюсь, что вы немножко погостите у меня.

— Знаешь, Селеста, я думаю поехать к Роланду.

Он сейчас находится в Лондоне, — ответила я.

— Люси без него жить не может, — добавила Белинда. — Она приехала, чтобы побыть с ним.

Зачем ей понадобилось лгать без всякой необходимости? Я приехала по ее просьбе, чтобы встретиться с Генри Фарреллом, и она прекрасно знала это. Зачем она умышленно искажала правду?

— Значит, Роланд ждет тебя? — спросила Селеста.

— Нет. Он не знает, что я приехала. Это было решено под влиянием минуты. Я подумала, что смогу повидать тебя, а потом отправлюсь к нему. Весь день он будет занят, а мы с Белиндой тем временем уладим кое-какие дела.

Это прозвучало вполне правдоподобно.

Селеста пригласила нас немного перекусить, и, когда мы встали из-за стола, было уже три часа пополудни.

Белинду снедало нетерпение, однако я заявила, что встречусь с Генри Фарреллом только завтра, поскольку мне нужно хорошо продумать, о чем с ним говорить. А сначала я должна увидеть Роланда.

Белинда приняла мое решение без особой радости, но не стала мне перечить, так как боялась, что я могу и вовсе отказаться от этой затеи.

Я оставила ее с Селестой и, взяв кеб, отправилась на У эллинг Гарденс, где находилось лондонское «пристанище» Роланда и Филлиды.