Развернувшись, я отправился на постоялый двор. Шел быстро, но мои мысли бежали еще быстрее:

“Первая удача! Неужели это то, что нам надо? Мы едем в Дикую степь потрошить курган Темного бога!”

Отыскав своих спутников, я радостно поведал им о своей удаче. Они выслушали меня с каменными лицами.

“Ладно, изображайте индейцев на совете племени, а я буду самим собой. Я горд своей первой победой и не скрываю этого”.

Через два дня, рано утром мы в свите князя отправились в Златоград, столицу Великого княжества. Дорога была широкой, наезженной, видимо, одной из главных в княжестве. По ней в обе стороны шли купеческие обозы, брели коробейники и нищие, скакали воины. Всю дорогу я крутил головой в разные стороны, все для меня было ново и удивительно. Я чувствовал себя как турист на экскурсии, но это продолжалось недолго.

Мы уже сутки находились в пути, когда нам встретился отряд дружинников. Они тащили на арканах четверых, которых людьми назвать было трудно, такие они были грязные, оборванные, обросшие, со сбитыми до крови ногами. От отряда отделился дружинник и, подъехав к князю, сказал, что они поймали шайку разбойников, нападавших на купцов. Троих они зарубили, а этих четверых ведут на княжий суд.

Съехали на обочину. Князь, не слезая с седла, приказал подвести к нему разбойников. Когда их подтащили и бросили перед ним на колени, он обратился к своей свите и дружинникам:

– Люди добрые! Виновны ли эти воры в нападениях разбойных и убийствах купцов? – Его голос прозвучал сильно и звонко.

– Виновны! – раздался хор голосов.

– Приговариваю их к смерти! – крикнул князь. Из свиты князя вышел коренастый мужчина с грубым, как бы вытесанным из камня лицом. Он не торопясь, вразвалку подошел к разбойникам и вопросительно посмотрел на князя.

– Делай свое дело, палач, – произнес тот спокойным и безразличным тоном.

Я еще не до конца осознал происходящее, но страх уже закрался мне в душу. Не отрываясь, я следил за действиями палача.

Тот неторопливо достал широкий нож, затем, схватив ближайшего к нему разбойника за волосы, вздернул его голову вверх и резким движением полоснул ножом по горлу. Кровь ударила фонтаном. Не глядя на падающее обмякшее тело, он так же неторопливо перешел к следующему. Я смотрел, как убивают людей, и не мог отвести глаз от этой жуткой картины. Комок подкатил к горлу.

“Господи! Их режут, как свиней. Но как так можно?! А как же суд, свидетели? Что-то надо делать! Но что? Куда же люди смотрят?!”

Бросив взгляд на окружающих, я увидел в их глазах только спокойный интерес. Посмотрев на своих спутников, я заметил предостерегающий взгляд Шаха, который, видно, заметил мое волнение. Я лишь криво усмехнулся в ответ.

Как только последний разбойник упал в траву с перерезанным горлом, князь поднял руку и произнес:

– Правосудие свершилось! – Потом, обратившись к старшему дружиннику, приказал: – Разбойников развесить вдоль дороги, и приставить к ним двух воинов. Пусть объясняют всем, кто эти люди и за что казнены. Княжеский закон – не пустое слово.

– Будет сделано, светлый князь – сказал тот, преданно глядя в глаза князю.

Весь оставшийся путь я думал об этой резне. В конце концов, когда я в очередной раз переживал сцену казни, мне в голову пришла мысль, которая меня как громом поразила. Я вздрогнул и поежился. Тут же украдкой огляделся, не обратил ли кто на меня внимание. Все спокойно ехали, слегка покачиваясь в седлах.

“Ты, Мишка Кузнецов, настоящий идиот! Он, видите ли, прилетел с другой планеты! Фу-ты ну-ты ножки гнуты! Фанфары ему подавай! Для всех окружающих ты не сторонний наблюдатель, а обычный воин. Такие, как ты, сотнями шатаются по всей планете! За свои ошибки будешь расплачиваться головой. Своей собственной. Когда над головой зависнет меч, никто не скажет: “Нельзя рубить ему голову. Он наш инопланетный гость”. Меч свистнет, и голова покатится”.

От этих мыслей у меня мурашки по коже забегали. Теперь я прекрасно понимал своих спутников. Зная эту жизнь не понаслышке, со всеми ее опасностями, они были настороже, пока я изображал туриста и первооткрывателя.

“Ах, какой дворец! Будто на экскурсию приехал! А стрелу в спину не хочешь, турист?” – мстительно подумал я о себе.

Теперь я больше не разглядывал с любопытством проезжающих мимо воинов и купцов. Настороженно озирая окрестности, я чувствовал себя как партизан в засаде. Вот-вот из-за поворота появятся фашисты. Правда, это состояние скоро прошло, но душевное спокойствие я утратил надолго. Так и въехал в столицу, оглушенный своим внезапным открытием и озабоченный своей дальнейшей судьбой.

Первый крупный город, увиденный мною на этой планете, показался удивительным и своеобразным. Я настолько привык к каменным домам и асфальту, что большой деревянный город поразил меня. Деревянные терема высотой в два-три этажа удивляли своим разнообразием. Одни были украшены шпилями и ажурными башенками, другие – искусно вырезанными фигурами зверей. Все они свидетельствовали о благополучии и богатстве хозяина. Двухэтажные дома составляли центральную часть города. Здесь, как я узнал позднее, проживает местная знать Бояре, воеводы, послы других государств.