Шрифт:
(В сторону.)
Победа! Он влюбился. Я царица.(Отвешивает аффектированные поклоны со вздохами, по временам
оборачиваясь.)
Входит стража, чтобы встретить ее, и заслоняет собою обе статуи; человек–статуя в этот момент заменяется как можно более схожим изваянием.
Смеральдина уходит, стража следует за нею.
ЯВЛЕНИЕ ОДИННАДЦАТОЕ
Дерамо один.
Дерамо
(статуе)
Ах, милый истукан, какую радостьДает мне смех твой! О мужья, отцы,Любовники, как было бы вам кстатиИметь в дому такое изваяньеИ, вопрошая жен, сестер любимых,Знать тайные их мысли… Впрочем… Нет,То было бы ужаснейшим несчастьемДля всех людей. Вот, если бы ты могРазоблачать не женщин, а мужчинВ их тайных побуждениях, тогдаСумели бы всегда мы уберечьсяОт недостойных слуг, друзей неверныхИ от министров, что предать готовы.(Смотрит по направлению к двери.)Вот Анджела идет сюда. Клянусь,Найти ее такой же лицемернойМне будет грустно. Думал я в ней встретить.Безумное желанье! Долгий опытМне запретил надеяться. Все ж, если…Я грежу… Изваянье, дай мне знак.ЯВЛЕНИЕ ДВЕНАДЦАТОЕ
Дерамо, Анджела.
Анджела
(с благородной откровенностью)
Я здесь, синьор, по вашему приказу.Не знаю, справедлив ли он.Дерамо
Садитесь.
(В сторону.)
Какая восхитительная смелость!(Анджеле.)
Я не был никогда несправедлив.Анджелла
(садится)
Конечно, вы — король, и кто ж посмеетВ лицо вас осуждать и показать вамНесправедливость ваших приказаний?Дерамо
Насколько вижу я из ваших слов,Мне кажется, в вас смелости достанетМонарха упрекать, а если нет — Я сам даю вам полную свободу.Открыто говорите. ОскорбленьяЯ в этом не увижу.Анджела
(в сторону)
Ах, жестокий,Меня он, ободряя, предает!О бедное сердечко!(Громко.)
НеужелиСочтете справедливым вы, синьор,Что стольких бедных девушек, несчастных,Рожденных в скромной и убогой доле,К вам силою являться заставляютНа выборы супруги королевскойИ этим льстят их ветреным умам?А после, все в слезах, они уходят,Исполнены стыда и огорченья,Что вам пришлись не по сердцу, хоть, может,У них заслуг немного(вздыхает)
и отказПонятен ваш. Ужели справедливо,Что против воли я сюда пришлаИ вы отвергли все мольбы отцаО том, чтоб вы не делали меняСлучайной жертвой вашего величьяИ вашей проницательности дивнойИли (простите!) вашего каприза,Которым стольких девушек–бедняжекВы оскорбили? О король Дерамо,Не забывайте праведное небо, — Оно ведь только время выжидает,Чтоб покарать грехи. Я говорюНе за себя — готова я к отказу.Я говорю за тех несчастных женщин,Что там стоят и с грустью ожидаютЧас униженья. Пощадите их.Пусть Анджела последней будет жертвой,Которой суждено отказа горечьПеренести насильно. Мой король,Простите, но вы дали мне свободу,И я свободно с вами говорила.Дерамо
(в сторону)
Каким дурманом ум мой опьянен!(Смотрит на статую, которая не двигается.)
И все же неподвижно изваянье.Ужель и вправду сердце в ней не лживо?Нет, нет, не верю…(Громко.)
Вашу откровенностьЯ, Анджела, прощаю и хвалю.Ах, если бы всю правду вы узнали,Вы так не говорили бы. Когда–тоНадеялся я девушку найти,Которая бы искренней любовьюДо самой смерти радость мне давала.Я не нашел ее. НеобходимостьНаследника оставить королевствуМеня сегодня снова заставляетВозобновить попытку, но боюсь,Что и на этот раз все будет тщетно.Анджела
Но где же доказательства, синьор,Что искренности нет у стольких женщин?Дерамо
Они в моих руках. Но не могуВам их открыть. Поверьте, это так.(С нежностью.)
Ну вот… а вы… вы любите ль меня?Анджела
(вздыхая)
О, если б я могла вас не любить,Тогда бы неизбежный ваш отказНе поразил меня; смертельным горем.Но все равно. Я жду его спокойно,Хоть так спокойным быть вам не желаю,Дерамо
(глядит на статую, которая, остается неподвижной. В сторону)
Над нею не смеется изваянье…О, что за радость мне объемлет душу!Не может быть… Ужели это правда?(С восторгом.)
Вы будете любить меня до гроба,До дня, когда я прежде вас умру?Анджела
Да, если можно измерять любовьюГрядущие дела. Но, государь,К чему мешать вопросов мрачных горечьСо сладостью… Любовь… печаль… надежда…Я больше не могу.