Президент России Владимир Путин приехал в арабский город Рамаллу и посетил с рабочим визитом могилу Ясира Арафата.

Какая же все-таки это неблагодарная работа – освещать визиты президента России! Пора наконец сказать об этом во весь голос. Часами ждать и надеяться, ждать и надеяться… А он опаздывает, и это неотвратимо, как судьба. А потом он появляется, и это еще хуже, потому что начинается эта безумная гонка наперегонки со временем, и ты понимаешь, что это время уходит как песок сквозь пальцы…

А главное – что ты тратишь свое время на чужое.

Предполагалось, что президент Украины Леонид Кучма прилетит в Сочи во второй половине дня 17 мая, переночует и улетит домой на следующий день. Но перед самой встречей протокол изменился. Леонид Кучма решил покинуть «Бочаров ручей» в тот же день, без ночевки на даче Путина. Все сразу стали предполагать, что же могло произойти такого, что разрушило планы президента Украины.

Информированные украинские журналисты, прилетевшие со своим президентом, пожали плечами:

– Конечно, уезжает. Ведь ваш-то непьющий.

Госсекретарь США Кондолиза Райс вышла из машины. Юбка чуть выше колен, туфли на высоких каблуках, некий вопрос в глазах… Наши женщины к президенту так не ходят.

На беседу с господином Бушем господин Путин прибыл на электромобиле. Об этом виде транспорта говорят теперь все журналисты в международном пресс-центре и долго еще будут говорить за его пределами.

На самом Си-Айленде об электромобилях никто не говорит. Там ими все активно пользуются. Электромобиль развивает скорость до 25 миль в час. На острове никто не нарушает правил движения, потому что их здесь нет. Взрослый человек, сев в электромобиль, превращается в ребенка. Он думает, что может позволить себе все, чего он был лишен всю жизнь на большой дороге. В результате серьезные люди на дорогах Си-Айленда с особым удовольствием практикуют подставы и подрезания.

Ажиотаж на трибунах вызвало появление представителей угнетенных народов Ирака и Палестины. Американцы, сидящие впереди меня, плакали навзрыд, когда иракцы проходили мимо нашей трибуны. Крокодиловыми были эти слезы.

Греция как родным обрадовалась португальцам. Шли главные помощники греков на позапрошлом чемпионате Европы по футболу. Литовцы были на две головы выше остальных, так как представлены на Олимпиаде в основном баскетболистами, и производили впечатление другого биологического вида. На полполя растянулась делегация американцев, наполовину, впрочем, состоящая из сотрудников спецслужб (по данным других спецслужб).

На прощание знаменитый дзюдоист Ямасита преподнес президенту России длинный, метра в два с половиной, свиток (шириной примерно в метр), на котором были изображены несколько иероглифов. Он объяснил, что эти иероглифы написал ему, Ямасита-сан, его мастер собственной рукой.

Владимир Путин был очень взволнован и растроган. Сначала он хотел было пошутить в ответ и сказал:

– Ямасита-сан, зачем вы обокрали музей?

По крайнему смущению переводчика я понял, что он ни за что не будет переводить эти слова, чтобы не обидеть великого спортсмена. Тогда Владимир Путин добавил, что это очень дорогой подарок, а «изображенный на плакате лозунг – важнейший образец для демонстрации уважения между людьми и народами наших стран».

В Новосибирском театре оперы и балета вчера был аншлаг. На Владимира Путина пришли все, кто оказался на это способен (то есть достал билет). Те, кто не оказался, стояли с плакатами возле входа в театр на 15-градусном морозе. На плакатах, оформленных как письма из девичьих дневников (с причудливыми узорами и искусными лепестками по углам), вензелями было выписано сокровенное: «Владимир Владимирович, мы вас любим!».

Впрочем, держали плакаты в руках сформировавшиеся (лет 30 назад) мужчины знойного вида (то есть без шапок).

На поле Олимпийского стадиона мало кто был в своих вещах. Меня с головой накрыла какая-то лихорадка. Я предлагал канадцу свои перчатки, и он мгновенно соглашался. Китаец навязывал мне свой шарф. Меня буквально трясло от возбуждения. И весь стадион был в таком состоянии.

– Как в детстве, да? Ты знаешь, – сказал мне один мой товарищ, по происхождению грек, а по состоянию души русский в четырнадцатом колене, – если бы у меня была возможность один раз в два года стоять на таком стадионе с такими людьми и меняться с ними всем, что у меня есть, – мне больше ничего было бы не нужно.

Разговоры о том, что воздух в Якутии сухой и поэтому холод не чувствуется так остро, как мог бы, оказались, к сожалению, блефом. Здесь стопроцентная влажность, и вокруг тебя на улице дымка, которую все время хочется раздвинуть руками. Этой дымкой, которая на самом деле является замерзшим воздухом, приходится дышать. Все это, впрочем, не мешает якутским девушкам ходить по улицам с непокрытой головой и заразительно смеяться на свежем воздухе при виде московских журналистов, которые не могут ответить им тем же, потому что боятся умереть.