– Вот как?
– профессор, будто торопясь, опять наполнил стакан.
– Продолжайте!

– Продолжать?
– Ираклиаз посмотрел на Хлумиза с нескрываемым презрением.
– Вам нравится унижать эльфа? Как и всем людям... Я уверен, что пророчество вам известно - к сожалению, мои друзья не сохранили его в тайне. "Если демон дойдет до Викенны, то и остановится только в Викенне. Поможет большой человек из Ульшана по имени Хлумиз" - это, конечно, перевод. Демон, как вы хорошо знаете, до Викенны дошел. Теперь я называю цену своей смерти: ваша смерть и смерть вашей дочери. А вы назовите цену моей жизни. Ну как? Я достаточно унизился перед вами?

"Осторожно, профессор!" - хотелось кричать Агнеше.
– "Он напуган, эльф может говорить так только если напуган до предела! Бессмертные ценят свою жизнь во много раз дороже, чем люди! Обманите его, обведите вокруг пальца, пока он в панике! Не убивайте Элоиз!"

Эльфийские пророчества имеют скверное обыкновение сбываться. Это чуждая людям магия, видения эльфов-провидцев математически точны. Именно поэтому Ираклиаз так встревожен: он не надеется на случай, как мог бы надеяться на его месте человек, но просто знает, что без помощи профессора обречен. Демон достиг Викенны... И только здесь может быть остановлен. Теперь, если маг убежит, он будет считаться эльфами за мертвеца - и не зря.

– Пусть они снова говорят, - попросил Хлумиз, не понимавший жестикуляции друзей.
– Вселенная, пусть все будет, как раньше!

– Какая еще Вселенная?
– скривился Ираклиаз.
– Хватит шутить. Я не хочу, чтобы нам мешали.

– Они не будут мешать, - молитвенно сложил руки профессор.
– Просто пусть говорят.

Маг оглянулся. Агнеша сидела смирно, разглядывая потолок, Кей сложил руки на груди.

– Хорошо, - кивнул Ираклиаз.
– Но только если они не будут мешать.

Взмах руками - и способность говорить вернулась к обоим. Агнеша едва успела прикусить язык, чтобы не закричать.

– А теперь ваша цена, профессор, - опять потребовал маг.
– Время идет! Ваша дочь может умирать долго, и таким причудливым способом, что ни в каких дальних странах о нем и не слыхивали. Чего вы хотите?

– Я хочу, чтобы все было как раньше, - попросил Хлумиз, привставая, чтобы дотянуться до очередной бутылки. Его толстые щеки обвисли, в неравной борьбе со Вселенной профессор как-то сразу постарел.

– В Ульшане?
– уточнил маг.

– В Ульшане, - подтвердил Хлумиз.
– Там, где улица Ровная, Университет, "Для солидных господ", Ннуни...

– Это я вам обещаю, даже готов поклясться, что все будет как раньше, - ухмыльнулся Ираклиаз.
– Если вы думаете, профессор, что отряд моих лучников ушел туда, воевать с вашими друзьями, то вы ошибаетесь. Эльфы ушли далеко на восток... Скоро в Ульшане все будет как раньше, оттуда, наверное, уже вышибли всех, кто не похож на человека. Как видите, я с вами откровенен. Что-нибудь еще?

Ираклиаз ждал настоящего желания: с такого мага, как он, есть что взять знающему человеку. Он даже хотел, чтобы цена оказалась высока: эльфы любят платить больше, чем просят.

– Хочу вернуться с Агнешей и Кеем обратно, домой, - высказал следующее пожелание Хлумиз.

Кей даже застонал. Что за игру ведет профессор? Чего добивается? Неужели он согласится убить Элоиз, защищая этого мерзавца?

– После того, как пророчество исполнится, вы свободны. Слово эльфа.

– Ну...
– Хлумиз почесал затылок.
– Пусть тогда исполняется.

– Ладно, - сдался маг. Именно сдался, потому что не заплатить настоящей цены - недостойно.
– Я не знаю, в чем ваш интерес. Но подозреваю, что он не меньше моего. Что ж, у нас даже осталось немного времени до заката.

– Отчего до заката?
– быстро спросил Римти.

– Белый брат не умеет сражаться, - усмехнулся ему маг.
– Он лишь ходит вокруг, он лишь ищет подступы. Но нападать будет черная сестра. А она приходит ночью, человек... Черная сестра жестока. Хотя ты ее знаешь с другой стороны, я не сумел вам помешать. Тем приятнее тебе будет видеть ее смерть!

Ираклиаз поднялся и быстро вышел из трапезной. Кей и Агнеша тоже встали со своих мест, с двух сторон подошли к нервно прихлебывающему вино профессору.

– Не смей его трогать!
– потребовала девушка.
– Папа, отойдите от своего секретаря!

– Он хочет ее убить!
– рука Кея сжималась и разжималась, никак не решаясь выхватить нож.
– Он обещал ему ее убить!

– Профессор еще может передумать!
– заступалась Агнеша.
– Он мог обмануть полукровку!

– А если нет?! Эльфийское пророчество!

– Все равно ты не имеешь права трогать безобидного старика! Я тоже не хочу, чтобы с Элоизом что-нибудь случилось!

Кей сник. Он действительно не мог поступить с профессором, как с мерзавцем Спенсо. В поисках выхода поэт окинул взором столовую и вдруг с воплем кинулся вдоль стола, собирая в охапку бутылки.