– Андрюша! Ну говори же, не томи!

– Зови своего стажера, и обсудим ситуацию. И спроси заодно: у него шпротного паштета не осталось? А то я не обедал, и денег нету.

Я пошла за Стасиком, аж пританцовывая от возбуждения, и, входя в кабинет, уронила аккуратно сложенное на краю стола дело. Все его листочки разлетелись по кабинету и осели на полу, стульях, подоконнике.

– Стасик, извини ради Бога! Я сейчас все соберу, – заверила я его и присела, чтобы достать фототаблицу из-под сейфа. Стас присел одновременно со мной, и мы столкнулись лбами.

– Больно, Машенька?! – испуганно спросил мой стажер.

– Нет, щекотно! – я потерла место удара и убедилась, что шишки нет.

Стас помог мне выпрямиться, поддерживая за локоть, и пресек мои попытки продолжить собирание листочков.

– Не сердись, – попросила я, кивая на разоренное дело.

– Как тебе в голову пришло, что я могу на тебя сердиться? – серьезно спросил стажер, и у меня екнуло сердце: черт! черт! черт!

А он, держа меня за руку, продолжил:

– Ты же знаешь, что можешь прийти сюда и разбить, разорвать, покрушить все, что у меня есть. А я буду терпеливо складывать все это по кусочкам и ни слова упрека тебе не скажу.

Так. Только этого мне не хватало! Видит Бог, этого мальчика я никогда не соблазняла, и в том, что происходит, никакой моей вины нет.

– Стасик, ну что ты говоришь, – я ласково улыбнулась и осторожно, чтобы не обидеть его, высвободила свою руку. – Пойдем, надо посовещаться, там Андрей приехал.

– Иногда я его ненавижу, – тихо сказал Стас.

И настроение у меня испортилось окончательно. Надо было срочно спасать положение:

– Не надо меня огорчать, ладно? У тебя нет причин плохо относиться к Андрею. Даю тебе честное слово. – «Да, не было у бабы забот, завела баба стажера».

Пришлось Синцову обойтись без паштета.

Мы в двух словах рассказали Стасу последнюю информацию. Вел он себя пристойно, вопреки моим опасениям на Андрея волком не смотрел и на меня реагировал нормально.

Перейдя к вопросу об орудии убийств, Синцов уточнил:

– Значит, мы считаем, что убивал кто-то из «Форта Нокс»?

– Ну, осмелюсь предположить, что там, где орудием убийства были автомат и нож, скорее всего, действовал Микоян, судя по тому, что ты о нем рассказывал, – ответил Стас. – Значит, на него списываем Петухова, Хапланда и Юлю Боценко. А вот там, где стреляли из ПМа, то есть на убийствах Мантуева и Хохлова, вопрос остается открытым.

– Маша, тему с Бесовым ты закрыла раз и навсегда? – спросил Андрей.

– Видите ли, мальчики. Общественно-историческая практика показывает, что заказные убийства совершаются, как правило, наиболее рациональным способом. А мы знаем, что за господином Хохловым велось негласное наблюдение силами ГУВД по заказу «Форта Нокс». Так вот, мне представляется нерациональным использовать для плотного наблюдения одних людей, а для убийства других. При этом, заметьте, Хохлов ведет достаточно замкнутый образ жизни, передвигается на машине, передвижения непредсказуемы, иногда даже помощники не знали, куда и когда он собирается ехать и во сколько вернется домой. Самое реальное – поймать его на отрезке пути от машины до квартиры. Но для этого надо водить его целый день, подгадывая удобный момент. И вы хотите сказать, что вели его одни, а грохнули другие, да еще и не местные, а из Новгорода? Сколько времени нужно, чтобы добраться оттуда в Питер?

– Ну, на форсированном двигателе – часа три-четыре.

– А у Бесова двигатель форсированный? Похоже, что нет. Значит, часов пять-шесть. К тому же точно установлено, что по крайней мере утром семнадцатого марта он был в Новгороде. И как вы это себе представляете?

– Можно позвонить ему туда и срочно вызвать, – предположил Стас.

– Значит, чтобы он успел к восьми вечера, звоним ему в два. А мы в два часа дня знаем, что Хохлов в восемь вечера поедет домой? Кстати, вопрос интересный: знал ли кто-нибудь из окружения Хохлова, какие у него планы на вечер?

– Нет, ты права: вести его целый день, а для убийства подтаскивать кого-то со стороны – нереально. Тем более что я, кажется, нашел пистолеты, к которым ребята из «Форта Нокс» имели доступ.

– А у них же табельное оружие, – вспомнил Стас. – Они же «Макаровыми» вооружены.

– Стасик, вряд ли они будут использовать то оружие, к которому их легко привязать. У меня другой вариант, – сказал Синцов. – Я тут случайно выяснил, что «Форт Нокс», работая по договору с банком, получал в ГУВД для целей охраны четыре пистолета ПМ, которые в апреле были сданы обратно. Хорошая идея, да? Получили пистолеты, постреляли из них, сдали назад, и кто докажет, что именно они их использовали для убийства? Самое главное – их сейчас получить, не привлекая внимания. А вот эта задача – не для средних умов. Выемку пистолетов надо согласовать с заместителем начальника ГУВД. Значит, сразу шорох поднимется, зачем, в какой связи…

– Это я беру на себя, – смело заявила я, имея в виду возможность использования в мирных целях вице-губернатора. – Так что если нам удастся получить пистолеты и если их не продали, и не разобрали на детали, и не выдали кому-нибудь другому, то мы отдадим их на экспертизу и сравним все четыре пули, и, может, мы будем иметь заключение экспертизы, которое привяжет стволы к лицам.

Я вздохнула и принялась звонить Заболоцкому.

Мы договорились пересечься по дороге домой, я положила трубку, но тут же сняла снова, поскольку телефон затрезвонил очень требовательно. Звонили из главка: задержали подозреваемого в убийстве Юли Боценко – по информации, полученной сотрудниками «наружки». Посовещавшись, мы решили, что поедем только мы со Стасом, Андрею там лучше не показываться.