Илья бодрым шагом направился к нему. Семён, не ожидавший от малыша такой прыти, попытался остановить брата, но тот только отмахнулся.

– Здравствуй, Дедушка Мороз! – громко и отчетливо произнёс он.

– Здравствуй, Илюшенька! – ответил старик мягким баритоном.

– Скажи, пожалуйста, Сеньке, что ты из Лапландии, а не из интернета, а то он не верит!

Дед Мороз неодобрительно посмотрел на старшего мальчика. Впрочем, в глазах его светилась неподдельная доброта и некоторая озабоченность, и Семёну стало неловко, и он невольно закивал головой:

– Да я… это… знаю. Нам учительница рассказывала…

– И что тебе тыщща лет! – не унимался братец.

– Ну уж, тысяча, - добродушно засмеялся Дедушка.

Неожиданно с другой стороны новогодней ели показалась маленькая девочка в голубом наряде до пола с высокой короной на голове. Сенька даже ахнул – до чего она была похожа на Светку, с которой он сидел за одной партой в школе. Такая красивая, словно из старой сказки «Морозко», которую он однажды видел по их плазменному телевизору последнего поколения. Он покраснел, как маринованный помидор из бабушкиной трёхлитровой банки, и оторопело впялился на вроде-бы-Светку и вроде-бы-не-Светку.

Но Илья всё воспринимал как обычное новогоднее дело:

– А вот это твоя внучка и зовут её Снегурочка.

– Да, я Снегурочка, - звонко рассмеялась девочка и взглянула на Семёна: - В меня ты тоже не веришь?

– Ага, как же, - буркнул Сенька, приходя в себя - вчера кто мне заехал рюкзаком по спине?

Но Снегурочка или не расслышала Сенькину претензию, или сделала вид, что это её совершенно не касается, потому что переспросила:

– Веришь?

– Верю, верю, - подтвердил Семён. – Только отчего вы тогда сегодня появились, если Новый год только завтра?

Тут Дед Мороз взял слово:

– Завтра у твоего братика День рождения, и мы хотели, чтобы у него был тоже отдельный праздник, как и у тебя. Разве это не справедливо?

Семён вспомнил, как Илька потихоньку вздыхал, когда брату на День рождения все дарили подарки, а он их находил только на Новый год, под ёлкой. Ему вдруг стало жаль малыша, и он согласно кивнул:

– Да, наверно, справедливо. Торт-то будем есть? – с надеждой добавил он.

– Конечно, будем! – весело заворковала Светка-Снегурочка и захлопала в ладоши, только не как зрители на спектакле, а размеренно, в такт.

И полилась отовсюду весёлая новогодняя музыка, и повалили из Дедова мешка медвежата на велосипедах, клоуны с воздушными шариками, зайчата в зимнем белом одеянии, и даже вылезла голова Фредди Крюгера, но Дед Мороз во время её заметил и саданул по ней своим волшебным посохом изо всей мочи, и голова исчезла, а вместо неё вылез, пыхтя и отдуваясь, Вини Пух с Пятачком, который тянул за крепко привязанный хвост флегматичного Иа. Заяц выпрыгнул за Волком, Крошка Енот вслед за Мартышкой и Матроскиным, а Илья тем временем выцыганил один из трёхколёсных велосипедов, бесхозно в стае кружившихся по паркету, и со смехом покатился на нём вокруг праздничной ёлки и шумной детворы. Снегурочка подплыла к его старшему брату, подхватила его под руку, и они закружились в серебристом вальсе под падающим конфетти, среди взрывающихся хлопушек и переливающихся яркими огнями гирлянд. А Сенька, никогда не умевший до этого кружиться с девчонкой на танцполе – не то что в вальсе, а и в брейке на полу – чувствовал себя абсолютно уверенным и вдохновенным, не испытывая ни малейших проблем с попаданием в такт замечательной мелодии. Все прочие гости тем временем встали в хоровод и – о, чудо! – запели «Как на Илюшины именины испекли мы каравай» вместо иноземной тарабарщины, и тут же огромный торт будто сам испёкся под ёлкой, а забавный Снеговичок выкатил его в центр хоровода, и все чинно подходили и одаривались щедрой порцией с кремом и ягодкой, получая впридачу мудрые наставления Гены Крокодила. Только Шапокляк умудрилась из рогатки отстрелить вишенку с кусочка Кота Леопольда, но тот даже ухом не повёл, лишь поправил свой праздничный бант на шее и невозмутимо погладил по голове Крыску Лариску, ластившуюся у него в ногах.

Илье сам Дед Мороз преподнёс высокий шоколадный кусочек на круглом расписном блюде, когда смог, наконец, зацепить посохом его велик, проезжавший мимо – мальчуган так мечтал о велосипеде на свой День рождения, что совершенно забыл про праздничное угощение. По этому случаю Мойдодыр так начистил усы Тараканищу, что тот ошалело начал отплясывать с Мухой-Цокотухой, позабыв про власть и чины.

Затем в середину выходили клоуны и показывали разные смешные фокусы, а седовласый лев, Лев Чандр, бесстрашно засунул свою мохнатую голову в пасть Робин-Бобин-Барабеку, который предварительно, наверно, всё-таки отправил кузницу в надлежащее место. В какой-то момент Сенька заметил Тома и Джерри, скромно присевших в уголке зала, и махнул им рукой: «Вы что там сидите, давайте к нам!», и они тоже вместе со всеми кувыркались, пели, смеялись и от души веселились на этом предновогоднем празднестве в честь Дня рождения маленького Ильи.

– А теперь главный сюрприз! – зычно провозгласил Дед Мороз, и в зал, поблескивая начищенным хромом и красно-синими маячками, из-под огромного балдахина, где раньше было окно, медленно въехала настоящая пожарная машина! Илья замер в восторге. Он с восхищением смотрел на улыбающихся пожарных в красивых прозрачных шлемах, махавших ему руками в кожаных специальных перчатках со ступенек и вдруг хором прокричавших: «С Днём рождения! С Новым годом!!!» У Ильи на глазах выступили слёзы, он крепче вцепился в руль своего новенького велика и тихо прошептал: «Спасибо». Ему хотелось подойти поближе, попросить этих отважных мужчин пустить его внутрь машины и повертеть руль…

– Кто включил компьютер?!

Свет погас. Гости исчезли. Илья растерянно сидел верхом на маленьком стульчике, а Сеня прижимал к груди пластиковую Снегурку.

Папа стоял в проходе, а из-за его плеча высовывалась маленькая голова дяди Афеногена. Потом он подошёл к компьютеру, нажал что-то на клавиатуре и обернулся снова к ним:

– Илья, ты опять качаешься на стуле? Семён, чего ты в куклу вцепился, ты же мужик уже!

Дети молча опустили головы. В комнату вошла мама:

– Чего ты, пусть играют! Вы уже с Афеногеном заканчивайте свои деловые вопросы, и сядем ужинать, - и она увлекла мужиков по коридору на кухню.