Этой прохладной летней ночью Лану согревал не Егор, а чашка кофе. Ее обнимали не крепкие руки, а шерстяной плед. Сердце не горело от переполнявшей любви, с каждой минутой оно превращалось в кусочек льда.

Она больше не плакала. Она еще в детстве стойко перенесла смерть любимого пса. Практически у нее на глазах умер ее дедушка. Она точно знала, что ей хватит сил на еще одни похороны – своих чувств.

– Завтра я позабуду обо всем. А сегодня я еще разрешу побыть себе слабой, - девушка опустошенно выдохнула.

Одним глотком Лана допила кофе и, освободив вторую, посильнее укуталась в плед.

Ночь сдавала свои полномочия, а рассвет неуверенно, но целенаправленно вступал в силу. С каждым новым лучом, коснувшимся комочка смирно дремлющего на скамейке, уходила боль. Рассвет приходил на землю. Рассвет приходил в сердце Ланы.

– Вот теперь пора.

Войдя в свою комнату, первым делом Лана сорвала с себя грязный халат и бросила его в мусорный пакет. Там же спустя мгновенье оказалось и все постельное белье. Мобильный телефон полетел туда же.

– Все, по-моему.
– Лана внимательно осмотрела комнату, затем подошла к окну и выбросила наполненный пакет прям на газон под окна. – Думаю, садовник меня простит.

Спустя еще несколько минут в комнате зазвучала самая оптимистическая и веселая музыка всего мира, а хозяйка этой комнаты вовсю подпевала принимая душ.

Подпевая и вытанцовывая «Макарену» полностью обнаженная и мокрая Лана вплыла в комнату.

– Лана, это как называется?!!!
– На пороге стояла мама и пыталась перекричать громыхающую музыку. – Ты что с ума сошла?!!!

– Ма-а-а-ма!!!! – Лана вновь исчезла в ванной и через секунду появилась в полотенце. – Ты как здесь?

Пока дочь семенила к домашнему кинотеатру, мать уже стояла у окна.

– Не ма-ма, - женщина негодовала, - как это понимать? – ее указательный пальчик был устремлен именно в ту сторону, куда совсем недавно стремительно улетал мусор. – Так вот как ты себя ведешь, когда нас нет дома?! Я боюсь представить, что ты творишь, когда уезжаешь за границу!

Лана давно не видела в таком волнительном состоянии свою самую спокойную и умиротворенную на всем белом свете маму. От этой женщины слова с повышенной интонацией не услышишь, а тут она целыми предложениями стреляет.

– Ма, ты не так все поняла, - Лана и хотела бы все рассказать, но она дала сама себе слово, что прошлое оставит в прошлом. – понимаешь… я решила немного прибраться… Не нужно на меня так смотреть, а тем более кричать. Я твоя самая любимая и послушная дочка. Ты же меня сама воспитывала и должна знать, что я всегда ценю труд других. Вот и сейчас я просто решила самостоятельно немного прибраться…

– И поэтому ты выбросила в окно мусор? – мать услышанное еще больше возмутило.

– Да нет!!! – Лана фантазировала на ходу. – Я на самом деле убиралась и танцевала, танцевала и убиралась. В общем, я крутила этот мешок над головой, а он сорвался и вылетел в окно.

Лана понимала, что несет полный бред, но других более правдоподобных версий у нее не было.

– …? – мама молчала, но в ее удивленно-разгневанном взгляде Лана отчетливо видела вопрос.

– Ты не идиотка и я не издеваюсь. Мешок на самом деле не очень тяжелый там всего-на-всего несколько вещей и я с легкостью его подняла выше своего роста, - все это время Лана внимательно следила за мимикой красивой брюнетки и понимала, что еще немного и лед тронется. – Хочешь, продемонстрирую?

– Не надо, - Марина Александровна сменила гнев на милость. – В этот раз я тебе поверю, но, - в глазах все еще была видна капля сомнения, - пообещай, что никогда в жизни мне не придется краснеть за твои проступки.

– Обещаю.

Мать и дочь крепко обняли друг друга, это был волшебный момент. Лана прижалась к маме словно в последний раз, а если бы была слабовольной – обязательно расплакалась. Слабовольная, слабохарактерная и бесхребетная, все это точно не об этом прекрасном цветке. Она стойко держалась.

– Может хватит уже, а то еще разрыдаемся.

– Это точно, - мама не могла не согласиться. – А что вообще происходит? Почему ты так неординарно ведешь себя? А еще, ты случайно не знаешь, почему мне вот уже второй день названивает Егор? Я если честно, решила не отвечать, а приехать и все увидеть. Ты мне ничего не хочешь рассказать?

Да, Лана могла рассказать многое. Могла, но не хотела. Она не хотела зря беспокоить и без того взволнованную маму. Ей не нужно знать, что случилось и произошло в ее жизни. Это все равно ничего не изменит, только доведет до нервного срыва еще и мать, ведь она всегда была, есть и будет излишне мнительной.

– Нет. У меня все просто замечательно, мамуль! Жизнь прекрасна!

Лана играла, но играла убедительно. Она заставила свою собственную мать поверить в ее искреннее счастье.

– Скажи, а причина всего «замечательного» не в Егорке ли кроется? Как мне кажется, кто-то в этой комнате влюбился, - Марина Александровна лукаво улыбалась, если бы она только знала, что этими не злыми догадками, она просто вонзила раскаленный кинжал в открытую рану своей дочери.