— Ионет! — прошептал он. Эхо его голоса прокатилось вокруг, и у Элспет в голове зазвучал ответный шепот. — Ионет! — повторил он. — Приди к нам, помоги!

Впервые за все время после случившегося в пещере у Локи в голове у Элспет прозвучал ясный ответ:

— Я здесь, Клуаран…

Клуаран ахнул и выронил руку Элспет. Ей даже показалось, что он тоже слышал этот голос.

Рука Элспет излучала свет. Белый луч бил из ладони и тянулся к Клуарану. Он удлинялся, приобретая форму клинка. На мгновение в руке у Элспет появился хрустальный меч — прозрачный, но прочный. Потом свечение померкло, осталось только слабое сияние, а вскоре исчезло и оно.

Должно быть, они уже на полпути к морю, думал Эдмунд.

Теперь, когда у них появилось средство передвижения, путешествовать стало легче. Ослик пришел в себя после своего подвига, отдохнул и охотно трусил дальше, совершенно не отягощенный тяжелым грузом.

— В ту сторону он тащил полные ящики и бочки, — объяснил возчик. — Трое людей для него по сравнению с этим безделица.

Эдмунд ошибся: возчик, которого он сначала принял за старика, оказался вовсе не стар. Волосы и борода у него были лишь слегка тронуты сединой, а движения вполне энергичны. Правда, он был худой, изможденный и бедно одет.

Возчик назвался Фарди.

— Так ты из франков? — спросил Эдмунд. — На их языке это имя значит «скиталец».

Возчик помрачнел.

— Так меня кличет хозяин. Вот и скитаюсь я по дорогам, вожу его грузы.

К вечеру они достигли населенных мест: с холма стали видны возделанные поля и крыши домов. За ближайшим поворотом показалась деревянная статуя божка, разбитая в щепки, а стоявшая рядом другая статуя имела изображение лика Горящего.

— В наши дни опасно во что-то верить, — тихо сказал Фарди.

— А у тебя какая вера? — осведомился Эдмунд.

— Теперь — никакой, — отрезал возчик и повернул осла, съехав с дороги в грубую траву рядом с овечьим выпасом, за которым стоял лес. — В темноте ехать опасно, — сказал он. — Переночуем здесь.

Возчик отправился в лес добыть дичь на ужин и пригласил с собой Кэтбара. Эдмунд сложил костер, а фея принялась искать на ветках живой изгороди ранние ягоды.

— Наш спаситель — странный человек, — проговорила она, ссыпая собранное на тряпицу, пока Эдмунд высекал из кремня искру для костра.

— Мы обязаны ему жизнью. Он добр к нам: никто не заставляет его везти нас так далеко, — откликнулся Эдмунд.

Эоланда кивнула.

— Кажется, он добрый малый. Но есть в нем что-то смутное.

Охотники принесли зайца, и Эдмунд отбросил тревожные мысли; сначала он снимал с добычи шкуру, потом мастерил для нее треножник из сучков. Зато потом, у костра, под звездами, он не мог отвести от Фарди взгляд. Возчик ел мало, почти не говорил, вопросы приводили его в смущение, но все-таки немного поведал о себе. Он работал на рыбака из приморского городка Гарофлуэта, продавал улов хозяина и эль, который готовила хозяйка. Он был обречен горбатиться всю жизнь.

Услышав это, Кэтбар возмущенно воскликнул:

— Всю жизнь на положении раба — это уж слишком! На вид ты человек свободный, Фарди. Почему бы хозяину не разрешить тебе откупиться?

— Я отказался от свободы по доброй воле, — ответил возчик. — Я обязан ему жизнью, какая бы она ни была… — Он свесил голову, и разговор пошел о другом.

Когда пришло время готовиться ко сну, Эдмунд отозвал Кэтбара в сторону и передал то, что услышал от Эоланды: Фарди что-то от них утаивает.

Капитан не удивился:

— Ты не доверяешь ему даже после того, как он нас спас и поделился своей трапезой?

— Вульф тоже находил для нас еду, — напомнил Эдмунд.

Кэтбар нахмурился:

— И теперь мы должны с подозрением относиться к любому встречному?

— По крайней мере, ничего не говори при нем об Элспет и Клуаране, — попросил Эдмунд. — Даже если Фарди помогает нам искренне, никогда не знаешь, не подслушивает ли нас кто-нибудь.

— В твоих словах есть резон, — согласился Кэтбар. — Мы уже проболтались про Уэссекс, но, к счастью, не про того, кто нас там встретит.

На следующий день они продолжили свой путь. Возчик был по-прежнему неразговорчив. Эдмунд не раз ловил на себе его косые взгляды. Дорога была изрыта, в воздухе пахло гарью, что свидетельствовало о близости мародеров. У моста Фарди заставил своих спутников лечь на дно повозки и забросал их пустыми мешками. Однако мост сторожили местные жители, знакомые возчика, и повозка покатила дальше.