– Грейс, - прохрипел он, - Моя!

И она была ею. Всецело.

***

Дарий держал спящую Грейс в сильном кольце своих рук.

Эта девушка обладала внутренней силой, даря его сердцу, способность любить, глубоко и неистово. Ее улыбка сверкала ярче, чем солнце, озаряя мир для него. Ее смех исцелял его душу и тело. «Он на самом деле исцелила его»!

После любовных утех, Дарий чувствовал себя пересыщенным и слабым, раскинувшись на пастели в ночной тишине, окутанный мягким лунным светом, он предался воспоминаниям. Давно забытые фрагменты вновь всплыли из его прошлого. Словно пазл, собираясь из осколков, которые, как он думал, были так глубоко погребены в нем, что казались утерянными навсегда. Он не стал бороться, лишь закрыл глаза и глубоко вздохнул. Дарий увидел свою мать, смотрящую на него сверху вниз. Ее улыбка нежной и красивой, как древние воды, которые окружали их город. Ее золотые глаза вспыхивали весельем и с любовью.

Она застала его однажды с отцовским мечом. Дарий размахивал оружием, рассекая воздух с особым драматизмом, пытаясь подражать мощи воина, которой обладал его отец.

«Однажды», сказала она своим сладким, мелодичным голосом, «Ты станешь намного сильнее своего отца», она забрала у него меч и прислонила мерцающее серебро к ближайшей стене. «Ты будешь сражаться рядом с ним, и вы будете защищать друг друга от опасности!»

Но этот день все никак не наступал!

Вскоре Дарий увидел своего отца, сильного, гордого и статного, шагающего по утесу, ведущему к их дому. Он только что вернулся со сражения с Фоморианцами, смыл кровь с кожи, но ее следы все еще оставались на одежде. Когда отец увидел его, то улыбнулся и широко раскинул свои руки, ожидая сына. Семилетний Дарий побежал навстречу ему и бросился в объятия.

« Меня не было каких-то три недели, но я поражен тому, насколько ты вырос», произнес его отец, крепко обнимая сына. «Боги, как я скучал по тебе!»

« Я тоже скучал по тебе!» он отстранился.

Его сильный отец-воин вытирал влагу с глаз, «Пойдем, сын. Давай поприветствуем твою мать и сестер».

Вместе, они шли к небольшому дому. Смеясь и напевая, танцевали вокруг огня три его сестренки. Их длинные темные волосы, струились по их плечам и подпрыгивали при каждом движении. Каждая из них обладала своей исключительной красотой, пухлыми щечками и такой невинностью, что невозможно было пристально глядеть на них.

«Дарий!» закричали они звонкими голосками, когда увидели его, выбегая навстречу, хотя и видели его всего пару часов назад. Дарий был связан с ними особым заклинанием, совершенно непонятным для него самого. Эта связь у них была от самого рождения, и останется навечно.

Он обнял их, крепко притянув к себе, тая в сладости исходящих от них ароматов. «Отец вернулся. Поприветствуйте его надлежащем образом!»

Их лица светились от улыбок, когда они приблизились к воину.

«Мои драгоценные дочурки», - пророкотал он, засмеявшись очень громко и стиснув их в объятьях.

Их мать, услышав радостный смех, помчалась к ним. Они провели оставшуюся часть дня вместе, не расставаясь друг с другом ни на минуту.

Они были безмерно счастливы!

Здесь, в темноте комнаты, из уголка глаза Дария скользнула одинокая слезинка. Он не вытер ее, а позволил скатиться вниз по его щеке, к уху.

Грейс ощутила его мучения. Черты ее лица исказились от беспокойства, она прижалась к нему и нежно обняла его.

– Дарий, - прошептала она мягко, - Все хорошо. И не важно, что тебя беспокоит! Поверь мне, все будет хорошо!

Из его глаз одна за другой текли слезы. Он не мог остановить их, и даже не был уверен, что хотел.
– Я вспомнил о них, - сказал он отрывисто.
– Они были моей жизнью! Они были всем для меня!

Она тот час же все поняла. Сердце сжалось от тоски и жалости, – Расскажи мне о них. Расскажи мне все самое хорошее!

– Мои сестренки были похожи на солнечный, звездный и лунный свет!
– Их лица всплыли в его воспоминаниях, и на сей раз он почти захлебывался кашлем от боли и слез. И все же … боль не была столь разрушительной, как он ожидал, она осталась лишь воспоминанием, что он жил и любил.
– Каждую ночь они разжигали маленький костер и танцевали вокруг огня. Они так гордились своими способностями и были уверенны, что в один прекрасный день создадут крупнейшее пламя, которого никогда еще не видела Атлантика!

– Они разве не боялись, что сгорят от костра?

– Драконы прекрасно себя чувствуют и просто расцветают при такой высокой температуре. Мне жаль, что ты, не застала их живыми. Они были воплощением всего лучшего и правильного в этом мире.

– Какие у них были имена?
– спросила мягко Грейс.

– Kaвхa, Kэндис и Kэллиа, - сказал он. С диким рычанием он ударил кулаком по матрацу, - Почему они должны были умереть?! Странники замучили и убили моих сестер, как будто они были мусором! Ничем!

Грейс крепче сжала Дария в своих объятиях и уткнулась носом в его шею. Она не знала что сказать, чтобы облегчить его боль, и лишь, молча, прижималась к нему пытаясь разделить с ним его страдания.

Он протер глаза, щипавшие, как от яда, - Они не заслужили такой смерти. Они не заслужили перенести весь этот ужас!

– Я знаю, я знаю, - тихо нашептывала Грейс.

Он спрятал лицо в ложбинке на ее шее и заревел, как раненый зверь.

Его стены рухнули, Дарий скорбил.

ГЛАВА 20