– Ладно, пошли, но чтобы все мне рассказала, поняла?

– Ага, ребят, давайте с нами.- Позвала она Сеню и Севу.

– А это кто тут у нас?
– Герман внимательно посмотрел на мужчин.- Тебя я знаю, это ты Жасмин везде сопровождаешь, тебя в ее клинике мафиози прозвали.- Кивнул он Севе,- а вот ты кто?- Посмотрел на Сеню.- Сашкин кавалер?

– Нет, дядя, ОН НЕ МОЙ, да и другой, судя по всему уже не Жасин. Дядя позволь представить тебе брата Жасмин.- Саша показала на Сеню.

– Так пошли ко мне в кабинет все живо.- Герман быстрым шагом двинулся по коридору не смотря, идут ли следом ребята. Зайдя в кабинет, он подошел к шкафу открыл его и достал пузатую бутылку коньяка, лимон и бокалы. Быстро разлив по бокалам коньяк, сказал:- Ну, со знакомством, Генрих Эдуардович, крестный отец Жасмин.

– Всеволод, Арсений.- Представились мужчины и, взяв бокалы, выпили.

– А теперь рассказывайте.
– Сказал Герман, поставив пустой бокал на стол.

Жасмин зашла в квартиру Ярослава, закрыла на замок двери и скинув балетки прошла в комнату.

Убедившись, что с мамой все хорошо, Жаси предупредив бабушку, уехала из клиники, ей нужно было побыть одной и все хорошенько обдумать. За каких-то последних четыре часа ее жизнь кардинально изменилась. Ее родители оказались ей вовсе не родителями и папа которого она любила и гордилась, украл ее, совершив не только уголовное преступление, но и профессиональное. А человек, которого она полюбила, предал ее...

Кинув пакетик чая в кружку, она залила его кипятком и прошла в большую светлую комнату и, забравшись с ногами на диван, начала думать...

Почему Сева так поступил с ней? И новые родственники, как ей с ними быть? Если старшего брата она еще и могла принять, то отец ей нужен не был, он у нее уже был.

Пусть Валентин, украл ее, пусть он совершил преступление, но он все равно был ее любимым папой...

Она маленькими глотками пила чай, обхватив кружку руками, и тут ее взгляд упал на фото, которое она раньше не видела. Ярослав стоял в обнимку с рыжеволосой девушкой... девушкой похожей на нее ...ее сестрой. Быстро достав телефон, она включила его, проигнорировав пропущенные звонки от Севы, набрала номер Ярослава.

– Привет, цветочек.- Голос Яра был весел.

– Яр, девушка, которую ты любил... она была невестой Севы?

– Откуда ты узнала? Он сказал? Не верь ему...

– Неважно...значит это правда...

– Цветочек не верь ему, он отобрал ее у меня... она меня любила.. но он был богаче...

– Ты знал, что она моя сестра?

– Нет... но догадывался, я им ничего не говорил, они отобрали у меня Милу. И не заслужили тебя, черт дернул их заявиться в тот ресторан и увидеть тебя...

Яр продолжал, что-то возбужденно говорить, но Жасмин его уже не слушала, она отключила телефон... Яр ее тоже предал... Как же больно когда тебя предают...

34.

Утром следующего дня Жасмин приехала в клинику, где лежала Соня, бабушку она там не застала. Зато к ее большому удивлению она увидела Тараса, который сидел на стуле возле кровати и о чем-то тихо разговаривал с Соней.

– Что вы здесь делаете?
– Она с тревогой смотрела на него.- Опять угрожаете маме? И почему вас пропустили?

– Солнышко, успокойся, мы с Тарасом Богдановичем просто разговариваем, нам действительно надо о многом поговорить.- Соня грустно улыбнулась дочери.

– А где бабушка?

– Ее Герман отвез домой, нечего ей здесь со мной сидеть. А вот вы где девушка пропадали? Бедный мальчик так переживал...

– Какой мальчик?

– Я, наверное, пойду, Софья Романовна, мы с вами договорились, как только вас выпишут, съездим на кладбище. Жасмин, до свидания.- Он с надеждой в глазах посмотрел на нее, ожидая, что она его остановит ...попросит остаться... Но Жаси ему сухо кивнула и отвернулась. Тарас вышел, тихо прикрыв за собой дверь.

– Мам ты зачем с ним на кладбище собралась?

– Жас, доченька, ты моя дочь, самая любимая на свете малышка... но там похоронена... я ее даже на руках не подержала... Жась, как он мог так поступить? Он же после того, как сказал этим бедным людям, что их ребенок умер, пришел ко мне и радовался вместе со мной...

– Он так тебя любил... и знаешь, не смотря на то, что он сделал... я не могу его винить. Он и ты... вы мои родители и других мне не надо... эти люди для меня чужие.

– О, доченька.- Соня протянула к ней руки и взяла ее ладони в свои.- Ты, тоже не смотря ни на что моя дочь, а для бабушки внучка. Ты наша, хоть и не по крови.

– Я тоже вас люблю... вы моя семья...

– Детка, но и Тарас с Арсением тоже твоя семья. Мы с Тарасом немного поговорили, он извинился за свое вчерашнее поведение.

– Извинился.- Жасмин хмыкнула.

– Жас, не будь такой. Просто поставь себя на его место, он узнает, что дочь, которую он похоронил сразу после рождения, жива и здорова. А вот второй дочери и жены уже нет, и эта девочка единственное напоминание о них.

– Вот именно, всего лишь напоминание! А я не хочу быть напоминанием... не для кого. Я это я.