– О, наша гостья очнулась, - сказал противным голосом рыжий мужик с лицом, обезображенным шрамами. Он рассматривал Софью с брезгливым выражением лица. Чуть позади, стояли два амбала, но из-за резкого света, бьющего прямо в глаза, Софья не могла их рассмотреть. Кто вы? Что я здесь делаю?- прошептала девушка.

– И, из-за этого недоразумения младший Барс отказался от моей Аленки?
– проигнорировал ее вопрос рыжий.
– Интересно, что он в тебе нашел? Подойдя вплотную к девушке, он присел перед ней на корточки и, протянув руку, приподнял ее подбородок. Рассматривая перепуганное личико, он заметил:

М-да, а ты хорошенькая, правда, на любителя. Мы бы на тебе неплохое бабло заработали, продав в бордель к 'горячим горцам'. И противно рассмеялся.

– Зачем я вам?

– Ты, мне абсолютно не нужна, но своим появлением ты нарушила мои планы. Мало того, ты еще умудрилась расстроить мою доченьку.

– Какую, доченьку? Я не знаю вашу дочь...

– А вот она, из-за тебя, уже немало слез пролила, ведь если бы не ты, то она была бы женой Тимура. Мы уже с Мишей и о свадьбе договорились. А тут сюрприз... И что мне с тобой делать?

– Отпустите... я уехать собиралась....

– Уехать? И думаешь, он тебя не найдет? Он сейчас чуть остынет, отойдет от моего вам 'подарочка' и кинется тебя искать. Нет, детка, живая ты нам не нужна.

Софья с ужасом прочла в холодных зеленых глазах свой смертный приговор.
– Прошу вас, не убивайте, пожалейте ради бога моего ребенка... Я уеду... меня никто не найдет...

– Да, ты еще и брюхатая! Это я вовремя успел!
– он довольно рассмеялся.
– Тебя найдут, я даже скажу когда - завтра утром. Ты, испугавшись гнева мужа, сбежала с любовником, и вы вместе разбились на машине, - мужчина спокойно просвещал девушку в свои дьявольские планы.
– Но, у меня нет никакого любовника...
– Ну, это знаешь только ты и мы, но МЫ об этом никому не расскажем, да парни? А любовник есть, и он уже тебя с нетерпением дожидается.

– Эх, жаль, нельзя тебя парням отдать, а то найдут следы насилия, а нам этого не надо... просто авария и перелом в области шеи.

– Нет! нет...

– Козырь, пошли - у нас еще много дел. Афганец, кончай ее.... Как только за шефом закрылась дверь парень, молча стоявший все это время, подошел к девушке. Она забилась в угол и шептала только одно:

– Нет... ребенок... Пожалей... пожалей ребенка...

Маленькая, хрупкая, она напомнила ему сестру, его единственного родного человечка на всем белом свете, которую, беременную зарезал пьяный муж, а Пашка, в это время, служил в Афгане. И он с нежной улыбкой протянул руку к хрупкому горлу девушки....

***

Выйдя из подсобки, Старик посмотрел на Козыря, который молчаливой тенью следовал за ним, и спросил.

– Где сейчас Барс?

– Пьет в 'Ночной Звезде'

– Отлично,- довольно улыбнувшись, он подошел к телефону, поднял трубку и набрал номер. Ему ответили сразу.

– Ало, доченька, ты все еще дома?...

– С подружками потусить собралась...

– Слушай, подружки отменяются. Езжай в 'Ночную Звезду', там Тимур Арельев горе заливает, его бы утешить не мешало.

Положив трубку, он засвистел модный мотивчик. Жизнь налаживается! Дверь подсобки открылась, и оттуда вышел Паша Афганец, неся замотанное тело в покрывало.

– Все?
– спросил его Старик, кивая на тело.

– Да, - коротко ответил Паша.

– Сам справишься или ребята для помощи нужны?

– Справлюсь сам.

***

– Нет,- застонала Софья и открыла глаза, она лежала на мягкой кровати, в комнате был полумрак, и поэтому девушка не смогла определить, где она находится. Где я?

– Тише, тише, голубушка, все хорошо,- над девушкой склонилось доброе лицо старой женщины.- Все хорошо. Ты в безопасности.

– Пить.

– Сейчас, милая, сейчас,- к ее губам осторожно поднесли кружку с водой. Сделав пару глотков, Софа обессилено откинулась на мягкую подушку.

– Отдыхай, милая,- сухая старушечья ладонь погладила девушку по коротким волосам. В следующий раз, когда Соня открыла глаза, в комнате было светло. Девушка, огляделась по сторонам - маленькая комнатка с деревянными стенами, в углу иконы, домотканый половичок на полу. Девушка села в кровати, собираясь встать , и, с удивлением, заметила на себе белую льняную сорочку, прикрывавшую ее до пят. Дверь тихо приоткрылась и в комнату вошла старушка, неся в руках кружку и краюху хлеба. На бабушке была черная длинная юбка белая кофточка с вышитыми синими цветочками по краю выреза, серые фартук и платок и... самые добрые глаза, которые Софье доводилось видеть.

– Проснулась, милая?- старушка протянула ей кружку, в котором оказалось молоко и горбушку еще теплого хлеба.
– На, вот. Козье. Тебе для ребятеночка полезно. И хлебушек, я только из печи вынула.

– Спасибо большое, - Софья вдруг почувствовала, что голодна.

– А кто вы? где я? и как...

– Так, детка меня зовут баба Маня, а все остальные вопросы после того, как перекусишь.

– Спасибо, - Софья вернула бабе Мани пустую кружку.

– Не за что, милая, - вот я тебе одежонку, кое какую приготовила, а то Пашка, ирод такой ,тебя голую в одном покрывале привез.