– Не могу, - тяжёлый вздох вырвался помимо моей воли, - когда уходила, папа лишил меня финансовой поддержки, и, если и даст деньги, только при условии, чтоб я бросила Сергея. А на работе директор вышел в отпуск и будет только через три недели... да и вряд ли Егор Петрович рискнул бы оформлять кредит на такую сумму штатной сотруднице, которая сегодня работает, а завтра может и нет.

Покрутив в руках пустую чашечку из-под кофе, Екатерина снова схватилась за сотовый, а я же в очередной раз предалась грустным мыслям на тему Сергея. В реальность меня вернул бодрый и, можно даже сказать, весёлый голос девушки:

– Ладно, на адвоката я тебе денег дам: выпросила у своего отца, но всю сумму надо будет вернуть примерно в течение года, сможешь?

Получив от меня утвердительный ответ, Катя продолжила:

– Тебе нужно ещё найти деньги на взятки, и тут уж думай сама.

– На какие взятки?

– Следователю, чтоб некоторые улики "потерялись" в ходе следственных работ, судье, чтобы был снисходителен при вынесении решения, ну, и, наконец, свидетелю, чтоб у него неожиданно наступила "амнезия".

– Антону деньги не нужны.

– Всё равно следователю и судье за глаза хватит, чтобы сумма получилась не маленькая, а про Антона подумай, может, вместо денег он заинтересуется нематериальными ценностями?
– высказавшись, Катюшка схватила пальто и стремительно вышла на улицу, оставив меня один на один с чашкой недопитого кофе и тремя слоёными пирожными.

С адвокатом я встретилась уже на следующий день в его офисе (переделанная квартира, где для пущей убедительности была оформлена рабочая зона и всюду, куда только падал взгляд, виднелись различные грамоты, дипломы и сертификаты). Им оказался мужчина лет тридцати восьми, с чёрными волосами, бегающим взглядом "свиных" глазок и постоянно потеющими руками, из-за чего на всех бумагах оставались противные, мокрые следы. При разговоре с Борисом Витальевичем Говорухиным выяснилось, что это скользкий тип, способный пройтись по головам своих конкурентов при достижении поставленной цели... в принципе, мне такой и нужен был.

– Понимаете, его взяли при передаче наркотического средства, в ходе проверочной закупки, проводимой представителями правоохранительных органов. Оперативники действовали по наводке, то есть Сергея "сдали", и я предполагаю, что это сделал его друг Антон, - рассказала я всё, что знала об этом деле.

– Ну что я могу сказать, дело непростое, - поцокав языком, Борис Витальевич принялся что-то писать в ежедневнике.
– В соответствии с правками, внесёнными в законодательство от 12 августа 1999 года, и трактовке ФЗ-N144 "Об оперативно-розыскной деятельности", содеянное следует квалифицировать по части 3 статьи 17 и соответствующей части статьи 228.1 УК РФ, поскольку в этом случае происходит изъятие наркотического средства из незаконного оборота, - начал свою не очень понятную речь адвокат.
– Получается, ему грозит лишение свободы сроком от четырех до восьми лет с конфискацией имущества. Но дело выиграть я могу, и даже "скостить" срок до четырёх лет - при плохих обстоятельствах, а при хорошем раскладе - он отделается условным сроком. Сколько это будет стоить знаете?

Из всего вышесказанного, я только поняла, что Сергею может светить восемь лет (как вариант "вышки"), но адвокат берётся сделать так, чтобы судья согласился на условный срок. Достав из сумочки конверт с деньгами, придвинула его Говорухину. Адвокат пересчитал купюры и довольно улыбнулся, снова помечая что-то у себя в "склерознике".

– Хорошо, как станет что-нибудь известно, я вам сразу же позвоню, - вложил мужчина между страничками ежедневника бумажку с моей контактной информацией.
– Прошу меня извинить, но через десять минут я ожидаю ещё одного клиента...

– До свидания, буду ждать радостных новостей!
– не стала упрямиться моя светлость и покинула "гостеприимный" офис адвоката.

ГЛАВА 2.Материальные трудности

Дни протекали как обычно; на работе случился аврал, связанный с курьерскими машинами и выполнением многочисленных заказов. Курьеры и так не справлялись с имеющимися заказами, так тут ещё один водитель, паразит, ушёл в загул, прихватил с собой двоих коллег-собутыльников (ведь соображать-то надо на "троих", да и закуси меньше потребуется). Сам-то он вышел на работу уже через два дня, а вот те двое - нет, и у меня получилось минус две курьерские машины. Спустив накопившуюся злость на заводилу этой попойки в виде ругани с матом (от себя даже не ожидала, что знаю такие слова!..), сижу теперь и думаю, откуда взять свободные машины или нуждающихся в работе водителей, но сроком на месяц-два. Резкий телефонный звонок заставил подпрыгнуть от неожиданности; сняла трубку рабочего телефона, и уже готова была по привычке очередную "грандиозную" проблему моего секретаря, как меня опередили.

– Алиса?
– прогундосила трубка мужским голосом.

– Да.

– Это Борис Витальевич Говорухин.

– Что-то случилось?
– ладони враз вспотели, а сердце ухнуло куда-то в желудок.

– Ничего страшного, - попытка успокоить разволновавшуюся меня не прошла бесследно, - просто мне надо срочно встретиться с вами.

– Хорошо, давайте сегодня вечером после работы я заеду к вам в офис. Это будет где-то после восемнадцати часов, вас такой вариант устроит?

– Просто замечательно, - даже не видя собеседника, я буквально кожей ощущала его довольную улыбку, - тогда до встречи, - и адвокат бросил трубку.

Дождавшись с горем пополам окончания рабочего дня, чуть ли не вприпрыжку, понеслась к адвокату в офис.

– Ну, что я вам могу сказать...
– без предисловия взял с места в карьер законник, - мне нужны ещё деньги на незапланированные расходы.
– Получив от меня удивлённый взгляд, мужик нехотя, словно слабоумной, пояснил.
– Надо... кхм, заплатить нужным людям: следователю, чтоб некоторые сведенья исчезли из дела, и судье, которая будет вести этот судебный процесс. Я думал попробовать вытащить Сергея из СИЗО, но в этом деле заинтересован один высокопоставленный человек, который не даст развалить дело. Он заинтересован, чтоб Сергей сел по "вышке".