Семья разделилась на два лагеря: часть защищала меня, другая кричала и обвиняла в том, что я испортила юбилей.

– Дайя наш любимчик, но это еще не означает, что он может приводить домой всяких клуш!
– кричала довольная Марго, что теперь появился повод облить меня грязью.

– Она не виновата. Такое с каждым может случиться!
– кричал мужчина, младший брат дяди Шона.

– Да у нее руки не оттуда растут. А как она разговаривает с взрослыми. Это не лезет ни в какие рамки...

Шумы и мнения разрывались в моей голове словно петарды. Я не знала, куда деть себя от стыда. Я нашла Дайя и жалобно протянула:

– Дайя, прости меня. Наверно будет лучше, если я уйду...

Однако Дая не слышал меня. Он склонился над бабушкой, которая отчего-то стихла.

– Бабуль, что случилось? Бабушка!
– кричал он, тряся бабушку за плечо.

– О боже! У нее поднялось давление. Срочно вызывайте врача!
– крикнула тетя Лия.

– Вот видите, что она наделала?
– прошипела высокая девчонка.
– Она бабушку так довела.

Дайя отнес бабушку в комнату, а семья столпилась у дверей.

– Пропустите меня внутрь, - пыталась я пробиться сквозь толпу.

– Да иди ты откуда пришла, - посоветовал кто-то.
– Совсем ее извести хочешь?

Дверь растворилась, и выглянул Дайя.

– Пропустите Ангелину, срочно!
– скомандовал он.

Только он продолжал сохранять спокойствие и трезво оценивать ситуацию. Настоящий глава семьи. Родственники расступились, пропуская меня вперед.

– А почему ей можно?
– возмутился кто-то.

– Она врач.
– Коротко бросил Дайя.
– Еще вопросы есть?

Толпа замолчала и проводила меня недоверчивыми взглядами.

Я села рядом с бабушкой Дайя и взяла ее за руку. Женщина слабо улыбнулась мне.

– Прости моих детей и внуков. Они неправильно ведут себя, - медленно проговорила она.
– Просто ты особенная. Не такая как они.

Я не понимала смысла ее слов. Неужели она знает о нашем секрете? Но не время было размышлять об этом.

– Ничего, переживу, - поддакнула я.
– Пожалуйста, Айрина, расслабьтесь. Сейчас я вам помогу.

– Это больно?
– пошутила женщина.
– Я так не люблю уколов.

– Нет, нет. Это совершенно безболезненно, - пообещала я.
– Вы просто закройте глаза.

Айрина кивнула и сомкнула веки. Я приложила ладонь к ее груди. Постепенно щеки женщины порозовели, она стала выглядеть намного лучше.

– Киса, достаточно. А то ты превратишь ее в свою ровесницу, - с сарказмом прошептал мне на ухо Дайя.

Я кивнула и убрала ладонь.

– Готово. Вы теперь как новенькая, - обрадовала я ее.

Айрина присела в кровати и оглядела меня.

– Деточка, что ты сделала?
– удивленно она взглянула на меня.

– Ничего особенного, - пожала я плечами.
– Народная медицина.

– Это просто поразительно. Я чувствую себя на десять лет моложе! Никто не хочет сбегать на пляж?

Мы с Дайя переглянулись. Его взгляд означал: "Ну что я тебе говорил?"

С тех пор я стала не менее желанным гостем семьи. Сорванный куш стоил того.

Глава 4. Катта.

Не так хорошо там, где нас нет, как плохо там, где мы есть.

Геннадий Малкин

Я много размышляла над заданием Вилена. Я должна найти Марата и узнать все, или практически все про ликантропов. А пойдут ли они на встречу на этот раз? Наша последняя встреча явно не удалась: не думаю, мое внезапное исчезновение привело балама в восторг.

Я прочитала книгу отца Вилена от корки до корки. Рукопись была четкой, подробной, но вместе с тем содержала много вымышленного, мистического.

"Ликантропы-кошки делятся на четыре основных подвида: тигры, львы, леопарды и барсы. Существуют также небольшие группы оборотней-пум в Северной Америке, оборотни-ягуары амазонских лесов и оборотни-пантеры африканских саванн, но они весьма редки в наши дни", - первая строка из части об оборотнях семейства кошачьих.

Такс, значит, баламов не так уж и много. Впредь будем с ними нежнее.

"Элуантропы уязвимы к серебру в той же степени, что и другие оборотни. Запах валерьянки невероятно их привлекает. Более того, у многих эта настойка вызывает почти наркотическую зависимость, и потому находится под запретом у большинства кланов (кроме леопардов). Запаха каких-либо алкогольных ликантропы-кошки не переносят, зато никотиновой зависимости подвержены даже больше, чем обычные люди".