– Кстати, забыл представиться, – словно подтверждая мою догадку, продолжал он. – Игорь Ратмирович. Можно просто Игорь.

– Очень приятно. Таисия Никитична. Можно просто Тася, – в тон ему откликнулась я.

– Таисия. – Его голос прозвучал словно эхо. – Какое красивое и редкое для нашего времени имя.

– Ну, сейчас довольно часто стали им девочек называть. Мода пошла на старинные имена. А вот когда я росла, действительно была единственной.

– Таис Афинская, – мечтательно произнес он. – В юности с ума сходил по этой книге.

– Вам нравилось? – Я обрадовалась. – Мне тоже. Страшно хотелось быть такой же смелой и сильной!

– И получалось?

– Не всегда, но я старалась.

Глаза у Игоря вдруг задорно блеснули.

– Тася, у вас голова совсем прошла?

– Если нет синяка, то, считайте, совсем.

– Синяка нет. – Его лицо снова опасно приблизилось к моему. – Тася, вы не против, если мы пойдем и потанцуем?

– Куда? – От неожиданности я испуганно сжалась.

– Да что вы, ей-богу! У нас там большая компания. – Он указал на дверь, ведущую в синий зал ресторана. – Пойдемте, пойдемте.

Мне очень хотелось принять его приглашение, но…

– Видите ли, Игорь, – пуще прежнего смешалась я. – У нас там, – я указала в сторону банкетного зала, – у нас там тоже большая компания, и боюсь, меня скоро начнут искать.

– Понимаю. – Он даже не попытался скрыть раздражение. – Вы тут не одна.

Я просто молча кивнула. Объяснять ничего не хотелось. Разочарование на лице Игоря сменилось мольбой.

– Тася, всего один танец. Это же совсем недолго. Думаю, вам простят.

Я со своей стороны сомневалась, что мне простят, но согласилась. Соблазн был слишком велик.

Мы станцевали не один танец. И с каждым из них мне все меньше хотелось возвращаться в банкетный зал. В конце концов, взяв себя в руки, я с трудом проговорила:

– Игорь, теперь мне действительно очень пора.

Он вздохнул:

– Все равно. Мы не можем так просто расстаться. Вот. Возьмите. – Игорь протянул мне визитную карточку. – Будет возможность и настроение, позвоните. Вашего телефона не прошу. Пусть все зависит от вас.

Я кивнула и взяла визитку.

– Пойдемте, провожу.

Он было двинулся к выходу, но я остановила его:

– Лучше не надо.

– Как хотите.

Игорь вернулся к своей компании, а я вышла в холл. Удивительно, но, похоже, меня не искали. Я остановилась возле двери с цветными витражами, ведущей в банкетный зал. За ней громко вопили: «Горько!»

Я удивилась. Кому «горько!», если невесты там нет? Я распахнула дверь. Передо мной шумела и гуляла моя собственная свадьба.

– Куда ты девалась? – подлетела ко мне моя самая близкая подруга Лялька. – Я уже все тут оббегала. Пришлось мне Толю натравить на твоего Виталия. Чтобы он не заметил, что тебя нет. Знаешь, я уже, если честно, решила, что ты смылась с собственной свадьбы.

– Ты почти права.

– Сбежала и вернулась? – Лялька округлила глаза.

– Меня увели. Можно сказать, похитили. Но, как видишь, я снова с вами.

– Мужика подцепила! – потрясенно охнула моя подруга. – Совсем с ума сошла. Пятнадцать лет была совершенно свободна и ото всех мужиков нос воротила. А не успела замуж выйти, и на тебе.

– Так получилось, – развела руками я. – Кстати, спрячь в сумочку, потом мне отдашь. А то у меня ни сумки, ни кармана, ничего.

Я сунула ей в ладонь визитку Игоря.

Лялькины глаза сделались совсем как плошки.

– Ты, Таська, и впрямь как с цепи сорвалась. Решила в один день и мужа и любовника завести?

– Ничего я не решила. А карточку эту просто хочу на память оставить. О свадьбе.

Лялька хихикнула.

– На память о свадьбе карточку от чужого мужика. Слушай, он хоть ничего?

– Очень даже, – я не видела смысла скрывать.

– Нет. Ну никак от тебя не ожидала. Где ты его подцепила?

– Потом, – скороговоркой бросила я. – А то к нам наши ясны соколы направляются. Кажется, твой Анатолий немного переусердствовал с отвлеканием. Уж очень они веселые.

– Он, между прочим, не для себя, а для тебя старался, – обиделась за своего без пяти минут мужа Лялька.

Ясны соколы уже радостно бросились к нам. Мой новоиспеченный муж, пропев дурным голосом: «Где моя любимая?» – довольно грубо обнял меня. Признаюсь, никакого восторга я при этом не испытала. Скорее мне сделалось неприятно. А он к тому же чмокнул меня мокрыми губами в ухо. Целился-то, конечно, в губы, но я успела увернуться.

– Тася, а как же «горько!»? – мигом насупился он.