Осмотревшись в коридоре, мне захотелось переместиться наверх, но меня позвали откуда-то из центра этого богом забытого жилья.

– - Не поверишь, что я нашел!
– Не успев мне даже слова сказать, нараспев пропел Филипп.

– - Что же?
– Послышался голос Марины, а затем она появилась в комнате, держа бумаги в руках.

– - Этот дом принадлежал одному из "Пяти Стихий", а именно - Франческо!
– Он протянул нам письмо в руках.

– - Что там?
– полюбопытствовала я, подойдя поближе.

– - Это письмо.

– - Тоже мне новость, мы и без тебя видим!
– Огрызнулась Марина, смотря на письмо в моих руках через моё плечо.

– - Это письмо, - снова повторил Филипп, смотря прищурено на Марину.
– От Виктории.

Затем он стал зачитывать его вслух, стоя с другой стороны меня:

" ... Жизнь отшельника не выход. Не вижу смысла, зачем ты ушёл. Про тебя ходят страшные слухи, мой друг. Не верится, что ты так решил. Но дело твоё, я тебя не виню, как впрочем, Святослав - он обижен. Как его лучший друг мог поступить так, когда мы потеряли наших двух подруг?! Я тоже поначалу корила тебя, но... Я тебя понимаю в чём-то.

Я ведь тоже исчезала в подполье, развивалась, а всё напрасно... Мы потеряли их обеих, почти друг за другом. Но мой друг, не лучше ли воссоединится, и держаться Домом? Ведь вместе мы многое можем...

Не вини себя в смерти Розы, тебя ещё не хватало. Это было неизбежно - её смерть, мы все это знали, её просто было нереально спасти с костра, если ты не сам Бог! Но, увы, мы не всесильны.

И не надо говорить мне, что я тебя не понимаю, Ческо! Я прекрасно понимаю, и не вижу смысла тебе уходить в подполье - ты разбиваешь нам сердце, мой друг!

Ты спрашиваешь как дела? Знаешь - не очень, столько пришлось работать и переделывать, народ боится и не знает как быть - сложно уверять их, что ты жив здоров, когда они тебя не видят... Но вроде всё отлично, сейчас по крайней мере. Вообще не верится, что мы навсегда распрощались с ними: Ника и Роза! Представь, никогда не увидим их улыбок и... Не знаю, как быть. Я плачу и пишу это письмо, я разбита! Слава стал очень закрытый в себе, мало говорит, всё время пропадает... и я боюсь за него. А ещё на мне дети Ники, представь два маленьких ангелочка, очаровательные из них выйдут - серена и русал! Так дочка похожа на неё, а сын - у него её глаза... Не хочу сыпать соль на рану, но Ческо - вернись, умоляю тебя! Только ты можешь помочь нам пережить это всё. Правда, Ческо, я тебя прошу - я не могу так! Вернись!

У самой меня всё хорошо (если не считать слёз и потерь), знакомые ведьмы сделали меня неуязвимой для кола, но пока я этого захочу. Сам-то как?

Твоя Виктория,

Сила - не есть богатство, любовь - великий дар

20. 07. 1995 года"

– - Ого!
– Послышался хор голосов разом.

В комнату зашёл удивлённый Саша, взял из моих рук письмо и тоже округлил глаза.

– - А не жив ли он?
– Спросил друг, держа письмо в руках.

– - Не думаю, - сказал Филипп, отрицательно качая головой.
– Я нашёл его записку, где Франческо говорит, что это его последняя запись, если мы её читаем, значит, он мёртв - его всё-таки нашли и убили. Дом сам говорит об этом.

– - Вот что здесь и произошло. Но почему нет тела?

– - Думается мне, Сань, что от него избавились - типа такого и не существовало, - проговорил Филипп, смотря на Сашу.

Со слезами на глазах, я достала из-под бумаг на полу свечку, обронила её и на помощь сразу пришла Марина. Я взяла из её рук свечку назад, зажгла её при помощи Саши, и мы все вчетвером поставили свечку на тумбу в канделябр, оставив её там одну-оденёшеньку.

– - Да прибудет с тобой покой, - прошептала Марина.
– Наша Богиня услышь нас - забери потерянную душу Франческо и покажи ему путь к Свету.

– - Ну, думается мне...
– резко все кто был в комнате, обернулся на выход, там стояла толпа, а среди них, тот гот.
– Видимо, я не нуждаюсь в представлении, - он стал ухмыляться, щёлкнув пальцами, указал на нас. Громилы сзади него, а там их было пятеро-шестеро, протиснулось внутрь. Следом зашло трое мужчин с рунами на коже и лысине, а позади... Когтистые, в слизи, без глаз, с морей рук и прочим - демоны. Глаза трёх мужчин, управлявших демонами, горели синим светом, а гот сам оглядывал помещение, что-то подсчитывая. Мой правый висок больно ужалило. Я схватилась за него, чуть не падая.

– - Вот, чёрт!
– Сказал Саша, заслоняя собой меня, впихивая мне в руки письмо Виктории.

– - Давай, Сань, не мешкай!
– Крикнул Филипп, попав в одного из громил.

Всё кругом стало взрываться, было море толкотни, и лишь одно мне запомнилось надолго - лицо гота, прикованное ко мне, будто он не верил своим глазам, когда я бледнела от ужаса.

– - Марина хватай Эмму, живо наверх!
– Ещё громче крикнул Филипп, держа магический щит перед собой, - Марина она вон там! Быстрее! Я не могу их удерживать вечно.