Тот перекатился на бок и схватился за руку Ханнера.

Еще через минуту весь отряд снова шагал вниз по Рыбацкой улице, предоставив уцелевшим местным жителям, которые начали осторожно выглядывать из разрушенных домов, гасить пожары и разгребать завалы.

Закутанная в винно-красный бархат Кирша сидела посреди улицы, а над головой ее медленно кружились похищенные драгоценности. Вокруг валялись размотанные рулоны разноцветных тканей. Несмотря на то что летняя ночь была теплой и неподалеку, в квартале к северу, горела красильня, девушку трясло.

Все это не сон. Теперь она в этом уверена. Она начала подозревать это некоторое время назад, когда поняла, что чувствует жар пламени и – когда приземлилась – твердость земли под босыми ногами. Сны никогда не бывали столь детальны.

Это все чары, какие-то страшные чары, она запуталась в них и натворила жутких дел. Украла все эти красивые ткани – а стоят они наверняка не меньше дюжины серебряных монет – и украшения, которые стоят столько же, только в золоте, а еще била окна в лавках и швырялась стеклом в тех, кто ее останавливал...

Тут Кирша содрогнулась и возблагодарила богов, что ни в кого не попала.

Во всяком случае, она так думала.

В этот самый миг она услышала голоса, оглянулась и увидела летящую женщину.

Кирша едва не решила, что все-таки ей все снится. В лунном и факельном свете, озаренная отблесками пожаров, женщина мерцала и переливалась алым сиянием; одежды ее были красными и золотыми, и даже волосы сверкали медью – таких Кирше прежде видеть не приходилось. Ярко накрашенное лицо, пылающие щеки... Летела она легко, словно птица.

Тут женщина окликнула ее:

– С тобой все в порядке? – И Кирша поняла, что все же не спит.

– Нет, – жалобно ответила она, съеживаясь под краденым бархатом.

– Лорд Ханнер! – позвала женщина в красном. – Сюда!

Из-за угла показались еще два летуна и несколько пеших. Кирша ощутила, как что-то смыкается вокруг нее, и внезапно сверкающие, кружащиеся в воздухе драгоценности посыпались вниз.

Плотный курчавый юноша в шелковой тунике быстрым шагом подошел к ней. 

– Ты ранена? – осведомился он.

– Телесно она невредима, – проговорила женщина в алом.

– Но расстроена, – добавила вторая летунья, толще и старше первой, одетая в зеленое и коричневое.

– Кто вы? – спросила Кирша.

– Я – лорд Ханнер, – сказал курчавый толстяк. – А это – мой отряд чародеев, тех, на кого подействовала непонятная магия.

– Как на меня? – спросила Кирша.

– Более или менее. – Лорд Ханнер нахмурился.– Похоже ты...

– Воровала. – Кирша встряхнула бархат. – Я знаю. Я просто... ну, вроде немного свихнулась – решила, что или сплю, или весь мир сошел с ума.

– Мы на такое насмотрелись, – кивнул лорд Ханнер. – Пожалуй, тебя мы тоже заберем с собой – чиновники правителя наверняка захотят с тобой побеседовать. Но сперва – ты знаешь, что тут откуда? Надо вернуть все это хозяевам.

Кирша кивнула:

– Думаю, что вспомню.

– Прекрасно, – сказал Ханнер, и все рулоны тканей разом взмыли вверх, как воздвигаемый шатер или поднятые флаги. Глаза Кирши широко раскрылись.

Это сделала не она.

– Вперед, – велел Ханнер, предлагая ей руку.

Входя в малую приемную залу, лорд Фаран оправил тунику и постарался сделать вид, что сошедший с ума мир совершенно не тревожит его. Лорд Азрад поднял на него взгляд.

– Тебе давно пора бы быть здесь! – бросил правитель.

– Прошу прощения, мой повелитель. – Фаран слегка поклонился. – Меня задержали срочные дела в другой части дворца.

Азрад с подозрением смотрел на него. Он всегда бывал не в духе, когда его будили не вовремя, но сейчас, даже учитывая это, правитель был слишком уж мрачен.

– В другой части дворца? – переспросил он.

– Да, повелитель. Уладил кое-какие личные дела, а потом ходил взглянуть, кто проснулся, кто нет, и вообще – кто где есть и что делает. Служу правителю в меру своих сил.

Улаживая личные дела, Фаран выяснил, что Нерра и Альрис давно уже спят в своих постелях, Ханнер не вернулся с ночной прогулки, а Исия успела благополучно покинуть дворец прежде, чем правитель распорядился запереть все двери и никого не выпускать и не впускать.

Шум разбудил девочек, и они, должно быть, страшно переполошились, но они дома и в безопасности, а вот где Ханнер – неизвестно, и неизвестно, добралась ли Исия до родительского дома.