Осознание того, что ты болен и только абсолютная трезвость позволит тебе выкарабкаться из алкогольного болота, лишь первый шаг на пути к освобождению. Этот путь невероятно труден. В связи с этим особый смысл приобретают слова, сказанные мне когда-то ассистентом кафедры психиатрии Ярославским:

«Вся жизнь – это борьба с самим собой!»

Моя борьба за собственное «Я» только начиналась, поэтому история белого пиджака на этом не заканчивается.

ГЛАВА V

В парфюмерный отдел магазина заходят трое

пьянчужек, двое мужчин и женщина.

Один из них обращается к продавцу:

«Нам два флакона «Тройного одеколона» и один

флакон «Гвоздики».

Продавец: «Берите уж сразу три «Тройного».

Покупатель с достоинством:

«Вы разве не видите, что с нами дама?».

1980 год.

Из Афгана в Союз начали поступать первые «грузы 200».

В Москве состоялись XXII-е летние Олимпийские Игры. Игры прошли в «кастрированном» варианте, так как большинство капиталистических стран их пробойкотировало и не послало свои команды в знак протеста против ввода советских войск в Афганистан в декабре 1979 года. По сути, это были спортивные соревнования между командами социалистического лагеря и стран третьего мира.

Во время Олимпийских игр в Москве умер любимец народа, артист театра на Таганке, автор и исполнитель собственных, крамольных для слуха власти песен, 42-летний Владимир Высоцкий. Смерть его не в последнюю очередь была связана со злоупотреблением алкоголем.

В Нью-Йорке крези-фанатом, в возрасте 40-ка лет убит Джон Леннон, организатор группы «Битлз» и самая яркая личность в квартете. После его гибели надежды поклонников, что когда-нибудь Ливерпульская Четверка, может быть, снова соберется вместе, развеялись навсегда.

На фоне этих событий произошли и другие, куда более скромные, но напрямую связанные с темой нашего повествования. Моя семья из четырех человек наконец-то получила по очереди «для молодых специалистов» квартиру в новом пятиэтажном доме, а я поступил на службу в Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы.

Новая профессия сразу заинтересовала. Я обнаружил в ней много аспектов, которые всегда были для меня привлекательными: несуетность самой работы, ее аналитический характер, требующий знания многого кое-чего из смежных медицинских дисциплин, а также из области антропологии и криминалистики; возможность по немногочисленным признакам восстановить картину целого – способа совершения преступления, а в некоторых случаях – и событийный его ряд.

Успешному освоению профессии способствовали достаточно длительные ремиссии (периоды трезвости), в два, три года, двенадцать лет, во время которых я много колесил по стране, попадая в руки хороших учителей, контактировал с коллегами, набирал свой собственный экспертный опыт. Во время одной из довольно стойких ремиссий я встретил старого знакомого, очень хорошо выпивающего мужчину, с горечью и обидой поделившегося со мной терзающей его несправедливостью:

«Представляешь, не пью уже два с лишним месяца, а эти сволочи до сих пор говорят обо мне, что я бухарик!»

Я не стал выяснять, кто такие, эти сволочи, а сказал ему:

«Коля, не переживай так сильно! Я не пью уже пять лет, а меня каждую неделю видят в ресторанах в гуляющих компаниях, о чем тут же сообщают по телефону родному папе, наверное, чтобы порадовать старика. Не забывай, что нас окружают очень чуткие и доброжелательные люди!

Ты бросил пить для себя и своей семьи или для этих, как ты выразился, «сволочей»? Если для себя, то и живи себе спокойно, продолжай свой гражданский подвиг. А на мнение разных «сволочей» не обращай никакого внимания, попросту наплюй. Это наш пожизненный крест. Ты хоть в святого великомученика обратись, для доброжелателей ты так и останешься алкашом. Мир так устроен, что хорошего все равно ничего не скажут.

А потом, ты хочешь, чтобы тебя за два жалких трезвых месяца к ордену представили?»

Вот такие настроения царят в пьющей среде. То дайте таблетку, чтобы пить умеренно и культурно, то за неделю неполного просыхания извольте забыть бурное, многолетнее пьяное прошлое.

Несмотря на твердую установку на трезвость, понимания факта, что альтернативных вариантов, кроме абсолютного воздержания, нет, наличие ремиссий, рецидивы болезни в виде запойных срывов время от времени настигали меня. Причем, каждый последующий срыв протекал злокачественней предыдущего, а выходы из этого состояния становились мучительнее и продолжительнее по времени. До пошива реального белого костюма оставалось еще достаточно лет, но астральная копия белого пиджака уже висела в моем платяном шкафу. И пиджачишко этот был ладно скроен и славно сшит; точно по фигуре.