Лиза давно уже успокоилась, с улыбкой прислушиваясь к этой дружеской пикировке. Ей сразу понравился взъерошенный фокусник Кричинский, к тому же он был первым из Викторовых знакомых, который говорил ей «ты». Ну а с Никитой ей с самого начала было легко.

Сидя за овальным обеденным столом, она незаметно рассмотрела собравшихся. Гостей было семеро. Кроме тех, кого она уже знала, еще двое улыбчивых мужчин, очень похожих друг на друга и оказавшихся швейцарцами, высокая подвижная дама в длинном темно-фиолетовом платье с кружевным поясом и открытыми плечами и мужчина с пышными усами. Лиза села между ним и Кричинским. Дама, оказавшаяся напротив, окинула Лизу быстрым, оценивающим взглядом, и той сразу вспомнился парикмахер Максим с его едва уловимым вежливым презрением. Швейцарцы поочередно подмигнули ей, а усатый сосед посмотрел внимательно и приветливо.

– Давно вы знакомы с Витей? – спросила дама, разворачивая на коленях салфетку.

Лиза не успела ответить.

– Потом, Рита, потом удовлетворишь свое писательское любопытство! – попросил Виктор. – Я рад, что мы собрались наконец вместе, и по такому приятному поводу, как день рождения Лизоньки, которую я очень люблю, чего и вам желаю.

– Поняла, Ритуся? – толкнул соседку бесцеремонный Кричинский.

– А ей желаю, – продолжал Виктор, – ничего не утратить, многое приобрести и быть счастливой!

– Хороший тост, будем здоровы, – заключил Неретинский и так аппетитно придвинул к себе блюдо с холодцом, что даже смущенной Лизе захотелось последовать его примеру.

Позвякивали приборы, гости болтали и смеялись. Видно было, что все они – за исключением, пожалуй, швейцарцев – давно знакомы и дружны, а не стараются поддерживать компанию.

– Мы же в одном классе почти все учились, – подтвердил Лизину догадку Григорий. – Только Никита уже потом к нам примкнул, ну, и Юрген с Томасом, конечно.

– Давно вы в Москве? – снова поинтересовалась Рита и так посмотрела на Лизу, что ей тут же показалось, что она должна отвечать на все вопросы.

– Не говори ей, не говори, – засмеялся Григорий. – А то она про тебя книжку напишет!

– Гриша, это просто безобразие! – возмутилась Рита. – Мне интересно, что за девушка появилась в нашей компании, почему я не могу спросить?

– А ты не смущай девочку, – тут же ответил Гриша. – Я тебя насквозь вижу.

Действительно, Рита рассматривала Лизу, не слишком беспокоясь о том, чтобы не смутить ее. Взгляд у нее был снисходительный. Гриша уже увлекся беседой с Неретинским, и Лиза осталась с Ритой один на один.

– И что же, Витя вам нравится? – продолжала расспрашивать Рита.

Вопрос был настолько бесцеремонный, что Лиза не смогла ответить на него соответственно – мол, а вам какое дело? В голосе Риты была спокойная уверенность в своем праве задавать любые вопросы этой простушке.

– Мы не очень давно знакомы… – пробормотала Лиза.

– Вы ведь, кажется, не учиться, а просто так в Москву приехали?

– Да, я к брату приехала – помочь с детьми. Ну, и вообще…

– Ах, да, конечно – вообще… – усмехнулась Рита. – И где же вы с Витей познакомились?

– На улице, – ответила Лиза, чувствуя, что сейчас заплачет.

– Прелесть какая! – восхитилась Рита. – Просто французское кино!

Лиза не знала, что ей делать – встать, уйти? Почему Виктор позволяет своей однокласснице все это говорить – правда, он, кажется, занят разговором и не слышит?

– А какую книжку ты хочешь об этом написать, а, Ритуля? – неожиданно услышала она.

Этот вопрос задал Лизин сосед с густыми, пшеничного цвета усами, который до сих пор молчал.

– Не обижайся на нашу Риту, – обратился он к Лизе. – Она хорошая вообще-то, и умница, только вот любит поязвить иногда. Ничего, что я на «ты»? Мы ведь тут все на «ты», правда?

У него был приятный низкий голос, и от него веяло такой надежностью и спокойствием, что Лиза немного пришла в себя. В самом деле, что ей смущаться и что обращать внимание на эту их Ритулю!

– А что, прелестная вышла бы книжка! – не унималась та. – Очаровательная провинциалочка приезжает в Москву, влюбляет в себя миллионера, немного раздумий, затем хеппи-энд, все рыдают от счастья!

Усатый только рукой на нее махнул.

– Витя, конечно, никого не представил, чтобы мы сами с тобой познакомились. Меня зовут Павел, можно Паша.

Павел обладал удивительным свойством: он ни о чем как будто не расспрашивал, но уже через полчаса Лиза рассказала ему и о Новополоцком институте, и о Колиной семье, и даже о Германии…

Гости уже разбрелись из-за стола и снова расселись, где пришлось. Неретинский предложил погулять перед горячим, и компания переместилась в парк. Джой уже ждал их там и призывно лаял, стоя на дорожке.

Рита шла впереди с маленьким Григорием Кричинским, Лиза с Павлом – позади всех. Лиза исподтишка наблюдала, как плавно, изящно ступает Рита. Платье словно обливало ее стройную фигуру, очерчивало узкие бедра; глубокий вырез лифа повторял плавную линию плеч. Заглядевшись на нее и заговорившись со своим спутником, Лиза даже не заметила, что Виктор почти не подходит к ней – и во время обеда, и сейчас, в парке.