— Если тебе надо, уходи, — угадала его опасения Эйта. — Я сама справлюсь.

— Нет, я тебя не брошу, — покачал головой Улеб. — Столько уже вместе прошли, да и как ты без меня поймёшь, он это был в лесу или не он.

— Он, — усмехнулась Эйта. — Больше некому. Я вспомнила, я Лебедь и Ярославу с перепугу про что я из Поляновки рассказала. И про то, что селян кентавры убили тоже. Они передали наверняка, вот он следы и замести старается.

— Лишь бы на сторонних колдунов не напороться, — вздохнул волкодлак. — Вдруг старик со страху ещё кого нанял.

— Тогда труднее будет, — согласилась Эйта. — Ты, коли что, убегай, незачем тебе из-за меня голову складывать.

— Угу, уже бегу, — буркнул мужчина и потянул носом. — Постоялый двор, мясо готовят. Может, поедим сначала?

— Давай, — согласилась Эйта.

Пока они обедали, она не проронила не слова, девушка думала. Думала она о том что сделает со старым колдуном. Проклинать его бесполезно, стар он уже, много ли тому проклятию действовать будет. Просто убить? Больно уж легко за всё, что он сотворил. А ещё она думала о том, что ведь могла ни в чём не виноватых кентавров убить. Нет, не тех, что в бойне участвовали, тех может и стоило, а других, Быстрогородских. Или хотя бы детей тех кентавров, что в Коневке жили, она же собиралась весь род убийц родных своих наказать. «Чем же ты от тех, кто родню твою убил, отличаешься?» вспомнились слова Титавра. — «По сердцу ты мне$1 — Эйта тряхнула головой, отгоняя пугающие воспоминания. Не сами слова кентавра её пугали, страшило то, что она с теплотой и нежностью их вспоминала и…, — девушка зажмурилась, а потом открыла глаза. Нет, о Титавре вообще думать нельзя, он кентавр, а она таких как он ненавидит. Всех. Всех, — упорно самой себе повторила она. — Всех до единого, без исключений, даже для самых красивых, хороших, нежных и… Нет, — Эйта стукнула кулаком по столу и встала.

— Ты чего? — удивился Улеб.

— Пора нам, — девушка сгребла недоеденное мясо в мешок, бросила монетку на стол и стремительно вышла на улицу.

— Ну, как скажешь, — вздохнул оборотень и поспешил следом. Когда он вышел Эйта как раз спрашивала как колдуна городского найти, горожане ей охотно подсказали, идти недалеко оказалось.

Около дома Третьяка Эйта и Улеб переглянулись, а потом оборотень уверенно постучался в дверь.

— Зря, — подумав, сказала колдунья и протянула руку к двери, но та уже открывалась. На пороге стоял слуга.

— Чего надо? — не очень дружелюбно спросил он.

— Сходи прогуляйся, — ответила Эйта.

— Что? — возмутился мужчина.

— Сходи на тот конец города, потом за ворота, потом… потом в кабак ступай, — девушка довольно легко подчинила себе его волю.

— Ну ты даёшь, — прошептал Улеб. — Пошли, он в доме.

— Один? — уточнила Эйта.

— Да, — кивнул оборотень. — И это он в лесу был.

— Ну что ж, — девушка усмехнулась. — Спасибо тебе, ты руки мне развязал. А теперь иди, до заката времени мало осталось.

— Нет уж, я с тобой до конца, — возразил Улеб и шагнул в дом.

Колдуна Эйта нашла сама, она его почувствовала.

— Ну здравствуй, колдун Третьяк, — сказала она, заходя в гостиную, где старик отдыхал с толстой книгой на коленях.

Третьяк вздрогнул, нахмурился и собрался устроить выволочку непрошенным гостям и нерадивому слуге, что их впустил, но увидев светловолосую девушку перед собой, испугался.

— Ты… ты…, — заикаясь, прошептал он, уронил книгу на пол и вскочил. — Ты…, — больше самой девушки с пронзительно чёрными глазами его пугал даже не оборотень, что у неё за спиной был, а то, что он колдунью совершенно не чувствовал. Вот оборотня ощущал, а её нет, девка как девка. Не знал бы кого бояться надо, ни в жизни б не сказал что ведьма.

— Но как? Ты же…

— Умереть должна была? — с усмешкой закончила за него Эйта. — Хороший был план, я даже попалась, но, как видишь, мне повезло, — девушка подняла руку, и за спиной у Третьяка с грохотом захлопнулось окно. Старик вздрогнул и скоро обернулся, но тут же снова уставился на «гостей».

— Что тебе надо? — хрипло спросил он, убрав руки за спину, там, стараясь превозмочь страх, он создавал молнию.

— Да вот слышала я, что ты колдун очень сильный, на работу проситься пришла, — сказала девушка, и Третьяк на мгновение ей поверил, но потом заметил лёгкую усмешку и кинул наконец-то получившуюся молнию. Эйта с места не двинулась, а только обе ладони резко вскинула, молния с грохотом взорвалась в десяти сантиметрах от неё.

— Ай–ай–ай, — покачала она головой. — Кто же так гостей встречает?

— Я тебя в гости не звал, — Третьяк бросил в девушку несколько огненных шаров, но ни один из них даже близко к ней не подлетел, все гасли на полпути. Тогда колдун в отчаянии решил изменить тактику, и следующий шар полетел в голову оборотня. Улеб испуганно присел, закрыв голову руками, но Эйта его прикрыла, и шар с треском проломил стену.

— Мощно, — усмехнулась девушка. — Только тоже бесполезно. Я сильнее.

— Почему я тебя не чувствую? — взревел Тертьяк, хватаясь за ближайший к нему стул. К такому нападению колдунья оказалась не готова, тут на выручку пришёл Улеб, он оттолкнул Эйту в сторону, а падающий ей на голову стул перехватил одной рукой. Третьяк потерял равновесие и упал. Оборотень бросил стул в сторону и потряс ушибленной кистью. Он хоть и сильнее человека был, но всё же Третьяк в удар сил достаточно вложил.

— Вот поэтому, — Эйта достала из-под ворота рубахи амулет и сдёрнула его. — Теперь чувствуешь?

Старик испуганно стал отползать, он хотел подняться на ноги, но те его не слушались. Лесная колдунья была очень сильна и почему-то сила её прибавлялась.

— Ты… Ты…

— Я хочу знать за что ты убил мою семью? — Эйта решила, что пора перейти к делу, собственно «играть» с колдуном она и не собиралась. — Всю мою семью, всех моих односельчан.

— Я не понимаю о чём ты, — Третьяк наконец смог подняться и оглядывал комнату в поисках хоть чего-нибудь, что сможет ему помочь.