А ведь это была идея Казади. Гад зеленый, тупица чешуйчатый, чтоб ему провалиться! Но что, если это вовсе не тупость? Что, если это часть какого-то безумного плана, который разработали Казади, Азиэль, Кверв и этот хаттов сын, принц Ксизор, чтобы сместить Виллакора и посадить кого-то другого на его место?

Ну что ж, мечтать не вредно. Может, загадочный взломщик и добрался до дроидов-работяг снаружи, но Зеды – крепкий орешек. Их невообразимо трудно перепрограммировать или отключить, особенно без основного кода доступа, который был только у Виллакора и Пурвиса, старшего по дроидам. Когда Пурвис придет в себя, он проверит Зедов и исправит любой причиненный ущерб. В это время Шекоа и Виллакор спустятся в хранилище – одни, если потребуется, – и будут охранять сейф и бесценные ксизоровы файлы.

Если только Пурвис не участвовал в заговоре.

Шекоа смотрел на вычурную галерею. Чудесный, тщательно спланированный Фестиваль четырех стихий неожиданно обернулся лабиринтом обманчивых зеркал, снова и снова отражавшихся друг в друге. С одной стороны Казади с его тайными планами, с другой – неизвестный злоумышленник, подкупающий персонал «Мраморного леса». Глава службы безопасности больше не знал, кому верить.

– Господин Шекоа?

Лапис скривился. Вот этому парню он не доверял абсолютно.

– Чего тебе, Барбас? – прорычал он, даже не подумав остановиться или хотя бы замедлить шаг.

– У нас послание от его превосходительства, – сообщил Барбас. Услышав за спиной мягкие шаги, Шекоа предположил, что вторым был другой охранник Казади, Наркан. Громилы ускорились и зашагали рядом с Шекоа. – Его превосходительство жаждет встречи с вами.

– Подождет, – огрызнулся шеф охраны. – У нас кризис назревает.

– Кризис для господина Виллакора и «Мраморного леса»? – вкрадчиво уточнил Барбас. – Или кризис для господина Лаписа Шекоа?

Тот лишь встряхнул головой:

– Я без понятия, о чем ты.

– Позвольте разъяснить, – продолжил Барбас. – Женщина, которую вы нам передали, сделала его превосходительству несколько интереснейших заявлений. Например, о том, что ваш ключ-кулон исчез по меньшей мере за час до того, как господин Виллакор обнаружил его пропажу.

Шекоа почувствовал, как его гнев затмевает волна презрения.

– И вы ей поверили? Поверили грязной воровке?

– Информация вполне достоверна, – пожал плечами Барбас. – Мы тщательно ее обыскали и ничего не нашли. Ни намека на краситель, ни ногтей-кусачек или хотя бы следов, где они были приклеены, ни оружия, ни снаряжения, ни какой-либо контрабанды. Налицо все признаки, что она просто недалекая любительница развлечений, какой и выглядит.

– Значит, копайте глубже, – прорычал Шекоа. – Она воровка. Я уверен.

– Его превосходительство будет счастлив лично выслушать ваши соображения, – проворковал Барбас. – Это займет лишь пару минут.

– Вот уж не думаю, – бросил Шекоа и вдруг резко остановился.

Барбас и Наркан совершенно этого не ожидали, и по инерции продолжили движение. Затормозив, обернулись к Шекоа – и застыли, наткнувшись на дуло бластера.

– Давайте разберемся, что происходит, – процедил глава службы безопасности в повисшей тишине. – Сейчас я иду в хранилище. Мне нужно убедиться, что сейф и его содержимое под надежной охраной. После этого, если господин Виллакор сочтет, что сможет отпустить меня на пару минут, о которых вы упоминали, я с радостью отвечу на любые вопросы его превосходительства.

Он приподнял бластер на пару сантиметров.

– Можете пойти со мной. Можете вернуться к его превосходительству и подождать. Или можете прощаться с жизнью. Выбирайте.

– Ты не посмеешь, – зловеще сказал Барбас.

– В поместье сейчас двое сбежавших пленников. Возможно, к ним добавился еще один нарушитель, – напомнил Шекоа. – Кто-нибудь из них наверняка вооружен.

Губы Барбаса тронула легкая улыбка.

– Очень хорошо, – согласился охранник. – Мы принимаем ваше любезное приглашение. Тем более что главная ценность в сейфе принадлежит его превосходительству, и наша прямая обязанность – помочь вам охранять ее. Прошу вперед, – указал он на коридор.

Шекоа прошел мимо, заталкивая бластер в кобуру. Барбас мог улыбаться, сколько влезет, но шеф охраны знал, что громила этого не забудет. Дела Шекоа шли хуже некуда.

Взломать лэндспидер Азиэля оказалось куда сложнее, чем хвастался Дозер, и он даже не предполагал, насколько. Однако угонщик был полон решимости. К тому же он лучший в своем деле, а «Черному солнцу» действительно стоило бы вкладывать больше кредитов в обеспечение безопасности. Он закончил возиться, когда рядом уже раздавались шаги по дюракриту. Угонщик откатился по полу и спрятался.

Винтер сидела на корточках под классическим, великолепно отреставрированным «Инкомом» Т-24 через пять рядов от фаллиинских лэндспидеров.

– Любишь ты пощекотать нервы, – прошептала она.

– Хорошо держит в форме, – шепнул Дозер в ответ, заглядывая за вертикальный стабилизатор Т-24. «А задумывался ли хозяин этойконфетки над достойной системой безопасности?» – тут же пронеслось у него в уме.

Включая Азиэля, противников было двенадцать. И если Рашель не ошиблась в оценке, это была всякоманда. На поясе у Азиэля висела небольшая сумка, в которой, вероятно, и скрывался криодекс.