– Видал? – хмыкнул Хан, показывая на здоровяка. – Взял и порешал все проблемы. Идем, узнаем, свободен ли он. – Кореллианин двинулся в сторону Дозера и застыл как вкопанный, когда в его спину уткнулось что-то твердое.

– Не оборачивайся, – произнес тихий голос, как будто дуло бластера не было достаточно убедительным аргументом.

Капитан издал негромкий вздох. Следовало догадаться, что все будет не так просто.

– Эй, только суетиться не надо, – успокаивающим тоном произнес он, медленно разводя руки в стороны. – Мы просто мимо проходили.

– Может быть, – ответил неизвестный. – Вот что мы сделаем. Мы будем ждать, спокойно и не дергаясь, когда этот ранатов сын, этот ворюга подойдет сюда. И даже не думай его предупредить.

– Без проблем, – заверил его Хан. Тем временем Дозер заметил гостей и двинулся к ним. – И что потом?

– Потом он вернет мне мой корабль, – заявил человек. – Или я его грохну.

– Справедливо, – заметил Хан, вглядываясь в лицо Дозера. Тот смотрел на них с Чубаккой – вернее, в основном на Чубакку – и хмурил брови. Впрочем, хмурился он скорее озадаченно, без тревоги и подозрительности.

То есть типа с бластером он не видел.

– Ты уверен, что это из-за него у тебя неприятности с кораблем? – уточнил Хан, навострив уши.

– На твоем месте я бы не задавал столько вопросов, – предупредил незнакомец. – Если я увижу, что вы заодно, живым ты отсюда не уйдешь.

– Да-да, понял, – проворчал кореллианин. Как он и предполагал, источник голоса находился где-то слева и сантиметрах в двадцати над его ухом. А значит, говоривший был слишком высок, чтобы прятаться за ним.

Соответственно прятался он за Чубаккой.

– Угрожать только не надо, хорошо? – продолжал капитан. – У моего вуки слабое сердце, и нервничать ему нельзя. Чего доброго, еще инфаркт случится.

– Ну да, конечно, – с сарказмом отозвался неизвестный. – Все только и болтают о вуки с сердечными проблемами.

– Я не шучу, – гнул свою линию Хан. – Он в детстве болел севмадической лихорадкой.

Кореллианин притронулся к руке Чубакки.

– Ты как, нормально себя чувствуешь?

Чубакка жалобно взвыл и слегка пошатнулся. Хорошо: план он понял.

– Держись, приятель, держись, – быстро проговорил Хан. – Можно, я хотя бы дам ему лекарство? – Не дожидаясь ответа, он полез в карман жилетки.

И застыл, когда в спину ему снова уткнулось дуло бластера.

– Руки в стороны, – бросил незнакомец. – Ты, вуки… стой спокойно. Чтоб тебя, я сказал: стой спокойно!

– Он не может.

Хан ухватил Чубакку за руку. Вуки вошел в роль – он раскачивался, как палатка в ураган. Если бы Хан не знал, что происходит, то мог бы поклясться, что напарник вот-вот свалится на землю.

Незнакомец тоже так подумал. Он испуганно выругался: «живой щит» угрожал сдвинуться в сторону, и Дозер мог его увидеть. Хан слышал, как он переступает ногами по дюракриту, пытаясь удержаться за спиной Чубакки.

И пока парень был поглощен игрой в прятки, Хан полуобернулся, забросил левую руку назад, отбив в сторону ствол бластера, и въехал правой незнакомцу в живот.

Охнув от боли, тот сложился пополам и рухнул на колени. Хан вырвал бластер из обмякших пальцев, а Чубакка развернулся и схватил другую руку незнакомца. Несмотря на высокий рост, парень оказался гораздо моложе, чем он думал. Ненамного старше Люка, с таким же наивно-доверчивым взглядом.

– Не хочешь объясниться? – спокойно спросил Хан, помахав бластером перед лицом парнишки.

Тот бросил на него свирепый взгляд, но ничего не ответил.

– Попробуем по-другому. – Хан ткнул дулом прямо в лицо малого. – Ты только что угрожал бластером двум совершенным незнакомцам. Я хочу знать, почему.

– Ну-ну, – произнес сзади удивленный голос. Хан резко обернулся, но вмиг расслабился: это был всего лишь Дозер, который шагал к ним небрежной походкой. Ладонь здоровяка лежала на рукояти бластера, но доставать оружие он не спешил. – Что у нас здесь такое?

– Какой-то тип, которому ты не нравишься, – сказал Хан. – Но он надулся и молчит. Не хочешь сам его расспросить?

Дозер горестно покачал головой.

– Джефстер, Джефстер, – произнес он с укоризной. – Я же сказал: твой корабль стоит в Северном квадранте.

– Я смотрел, – прохрипел парнишка. Слова давались ему с трудом. – Ангар два-пятьдесят, как ты и сказал.

– Два-пятьдесят?– Дозер театрально вздохнул. – Джефстер, я сказал: два-пятнадцать. Два-пятнадцать.

Парень поднял голову. Вид у него был потрясенный.