– Кончай его, Чуса!
– лениво произнес Мухамад, и, что-то гортанно выкрикнув, ливиец ринулся вперед, взорвавшись ураганом стремительных ударов. На этот раз сил у Маркелова хватило ровно на то, чтобы отбить первые атаки, но, Чуса все же прорвал его защиту. Сабля ливийца дважды огладила плечо «кандагаровца», и на пол часто закапала кровь.

– Если хочешь, поменяем руки, - Чуса с готовностью перекинул клинок в левую руку и тут же повторил атаку. На этот раз защититься у Маркелова вовсе не получилось. Сталь звонко ударила о сталь, и сабля вылетела из ослабевшей руки, гулко покатившись по паркету.

– Ну?
– Чуса поднес острие к подбородку побледневшего Сергея.
– Я бы мог это сделать быстро, Мухамад. Только скажи!…

– Не стоит, - неожиданно для всех с пола поднялся незнакомый мужчина с куцей бородкой и темными мешками под глазами. Подняв выбитую из рук Сергея саблю, он оглянулся на командира боевиков.
– Если ты не против, Мухамад, я бы заменил этого парня. Сам подумай, какая честь для твоего мастера убивать такого недотепу!

– Ты хочешь заменить этого придурка?
– Мухамад недоуменно взирал на незнакомца.

– Я хочу не просто его заменить, я хочу убить твоего парня.
– Дрэм, а это был он, нагловато улыбнулся предводителю бородачей.
– Твой Чуса неплохо дерется, но против меня ему не выстоять.

– Это почему же?

– Да потому что он любит рубиться, а я люблю убивать. Такая вот между нами разница.

Мухамад вгляделся в лицо незнакомца, напряженно прищурился. Нет, узнать в этом человеке давнего пленника, которого мучили они с братом во дворе своего отца, он, конечно же, не мог, однако ворохнувшаяся память заставила его насторожиться.

– Что ж, ты сам напросился, старик.
– Медлительно произнес Мухамад. Взглянув на ливийца, коротко кивнул: - Четвертуй его, Чуса! Наглецов нужно учить…

Он еще договаривал фразу, а ливиец уже с рыком летел вперед. И снова никто ничего не сумел толком разглядеть. Сталь только раз и лязгнула, заставив сражающихся стремительно отпрыгнуть друг от друга. Только старик стоял все в той же напружиненной позе, а вот с Чусой творилось что-то неладное. Клинок в его руках дрожал, дыхание из горла прорывалось с булькающим хрипом. Еще пара мгновений, и Чуса с грохотом обрушился на пол. И только тут Харитонов разглядел, что из горла у него торчит пластиковая рукоятка крохотного ножа.

– По-моему, все было честно?
– Дрэм твердо посмотрел в глаза Мухамаду, и, дрогнув, тот растерянно сморгнул.
– Я так понимаю, что заложники свободны?

– Ублюдок!
– предводитель боевиков потянулся за пистолетом.
– Ты убил его не саблей.

– Я убил его ножом. Сталь против стали, только и всего. Если бы он был чуточку проворнее, мог бы, пожалуй, и зарубить меня…

– Верно, он не смог, - тяжело выдохнул командир боевиков, - зато смогу я…

– Это вряд ли… - Дрэм поднял перед собой левую кисть, демонстрируя отстреленный мизинец.
– Помнишь этот выстрел? Тогда я тебе позволил это сделать, но сейчас не позволю…

И конечно, Мухамад все вспомнил - единым обжигающим всплеском. Дрэм угадал это по его сузившимся глазам, по напрягшемуся лицу. Не очень сложно было предсказать и все дальнейшее. Пистолет боевика еще поднимался вверх, когда худенький «старикашка» вторично преобразился. С руками его произошел немыслимый фокус, и в то время, как сабля, кувыркаясь, летела в потолок, кисти незнакомца пришли в стремительное движение. Только он сам и видел, что же происходило на самом деле. Не было никаких фокусов и никакого оптического обмана, - с немыслимой быстротой руки киллера сновали к множественным кармашкам, один за другим выдергивая из матерчатых газырей ножи. Их здесь и было-то всего ничего - человек шесть или семь. Сущий пустяк для его ножей! Все боевики держали в руках оружие, но выстрелить никто не успел. Это походило на короткий смерч, сопровождаемый вздохами и булькающими стонами. Несколько взмахов, поворот туловища - еще один взмах. Мухамад еще только падал, а ошеломленный Харитонов уже смотрел, как последний из боевиков, зажимая руками пробитое горло, сползает вдоль стены вниз…

– Спокойно, дорогой!
– Стас вскинул автомат, нацелив его точно в переносицу Дрэму.
– Ты и впрямь виртуоз, но если шевельнешься, я успею спустить курок раньше.

Дрэм скосил на него глаза, краешками губ улыбнулся.

– А смысл? Или я не спас вас секунду назад?

– Может, и спас, да только не за тем ли, чтобы расправиться самолично?

Выбравшийся из номера Михаил Шебукин предусмотрительно встал со своим Калашниковым за спиной Дрэма.

– А ведь с таким зверем мы впервые сталкиваемся!
– уважительно проговорил он.
– Голову даю об заклад, Димон, что этот парень мог кончить нас давным-давно.

– И не один десяток раз, - спокойно подтвердил Дрэм.

– Тогда в чем же дело?
– Харитонов неспешно приблизился к лежащим на полу телам.

Вопрос был короток и прост, но отчего-то смутил наемника.

– Ну? Чего же ты замолк?
– осторожно присев, Дмитрий выудил из кармана Мухамада связку ключей, не спуская глаз с метателя ножей, расстегнул свои наручники. Дрэм, нахмурившись, взглянул на стальные браслеты.