– На еще, и пошел вон.
– Стас кинул ему остатки собственного чебурека. Приближался поток машин, пора было поднимать руку в нацистском приветствии. «Жигуль», «Москвич», с пяток иномарок и снова «Москвич». Все таратайки, как и положено, равнодушно катили мимо. Зато следующий позади всех «Запорожец» неожиданно притормозил. Вряд ли это были те, кого поджидал Стас, поэтому он произнес заранее приготовленную фразу:

– До Тагила подбросишь?

– Ты что, сдурел?

– Нет так нет.
– Стас отвернулся от водителя, и «Запорожец» покатил дальше.

Тем временем вдохновленный чебуреками пес отправился в странствие. Поочередно заглянув в окна полуподвальных этажей старого дома, неторопливо добежал до троллейбусной остановки. Здесь дождался подошедшего троллейбуса и отважно залез внутрь. Проводив его глазами, Стас снова поднял руку. Он понятия не имел о том, кто именно должен к нему подъехать. Таковы были правила игры. Они знали его в лицо, он их нет. И все пятнадцать - двадцать минут, что он торчал на условленном месте, скорее всего, его изучали со стороны, проверяя, насколько он чист. Все это было скучно и чуточку смешно, но так уж они договаривались. Наконец взвизгнули тормоза и рядом остановилась бежевая «Волга». Стас повторил дурацкую фразу про Тагил.

– Тагил так Тагил. Садись.

Распахнулась задняя дверца, и Стас ухнул на мягкое сиденье. «Волга» резво взяла с места. Плечистый сосед с ежиком на голове и татуированными пальцами без лишних слов тут же выложил на колени Стаса увесистый сверток.

– Это половина. Сорок пять тысяч баксов. Сотенными, прямо из банка.

– Буду считать.

– Само собой.

Пальцы Стаса вскрыли бумажный пакет, достав пачку долларов, зашелестели по купюрам.

– А почему только половина?

– Вторую получишь на выезде из города. Поедешь на четыреста двенадцатом «Москвиче».

– Это тот, что у меня под окнами образовался?

– Он самый. Вот ключики и документы. Стартуешь в полночь. На выезде тормознешь возле «Белого соболя», мигнешь трижды фарами. Подойдет паренек. Он от ребят из централа. К тому времени они вышибут кое-что с должников, передадут тебе. Правда, возможно, в рублях, но тебе-то какая разница?

– Не скажи. Или эту стопочку таскать, или чемодан в два пуда.

– За это тебе и платят.

Стас промолчал. Пока он пересчитывал деньги, его не донимали. Машина колесила по городу, попутчик сонно глазел в окна. Щелкнув зажигалкой, водитель, еще более массивный, чем сосед Стаса, неспешно прикурил. Дымок фиолетовыми кудельками поплыл по салону. Не поднимая головы, Стас пробурчал:

– Скажи ему, чтобы не коптил. Не терплю табака.

Фыркнув, шофер покосился на своенравного пассажира, нехотя выбросил сигарету в окно.

– Все!
– Стас удовлетворенно вздохнул. Выдернув наугад с пяток купюр, тщательно ощупал, поглядел на просвет.
– Вроде порядок.

– Быстро ты, однако.

– Работа такая.
– Стас взглянул в лицо попутчика.
– Куда теперь?

Мужчина передал ему конверт:

– Здесь все адреса. На этот раз покатишь на юг - в солнечный Челябинск. Передашь денежки, возьмешь расписку. В машине ничего не трогай. Там кое-какая чепуха для них. Взамен тебе тоже кое-что подкинут.

– Типа бартера, значит?

– Вроде того. Мы им кофе, они нам корицу.

– Ясно. А как насчет аванса?

– Аванс получишь, когда вернешься.

– Это уже не аванс, а гонорар.

– Я что-то непонятно объяснил?

– Да нет, но почему не сейчас?

– Потому что потому.

– Конкретно, но не ясно. Командировочные, бензин - все денежек стоит. А еще ведь надо на что-то там жить, где-то устраиваться.

– Это уже твои заморочки. Так что давай вытряхивайся.

– Минутку!
– Стас качнулся к водителю.
– Будь другом, поверни здесь. Тут школа неподалеку. Рядом с ней и высадишь.

– Что ты забыл в школе?

– Да свиданка у меня там. С малолеткой из восьмого «А».
– Стас с улыбкой огладил тугой сверток.
– А что? Деньжата есть, свожу девочку в цирк или зоопарк, кутнем в какой-нибудь кафешке.

– Любишь пошутить, как я погляжу.

– Маленько есть…

– Здесь, что ли?

«Волга» подкатила к зданию школы.

– Точно.
– Стас кивнул мужчинам.
– Пока, орлы.

Ему не ответили. Машина тронулась с места сразу, как только он вылез.