– Машке ?
– переспросил я .
– Какой Машке?

– Да как же это какой ! Этой самой Машке и есть , Омелиной -то .
– Варвара Степановна вновь принесла мне снимок товарища Коротопа со товарищами по борьбе революционной

– Вот тут она и есть, вся Машка , с дружком со своим с Коротопкой ,чтоб ему на том свете черти покоя не давали.-

– Рия Омелина , медленно прочитал я в слух имя коротоповой подружки .

– Да никакая она не Рия ,- сказала старушка забирая у меня фотографию .
– Рию эту она сама себе придумала . Революционная идея , стало быть , в ней объединилась . Говорят люди , что она и фамилию свою на революционную поменять хотела , да не успела , видать , али еще что помешало . не знаю я .

– А жива она , Рия - то эта ?- спросил я

– Машка -то?
– усмехнулась старушка .

– Жива Машка . Чего ей сделается . Это ведь она про отца -то твоего , про Алешку , спрашивала . Она , Машка .- Варвара Степановна вдруг улыбнулась чему - то , мне не ведомому и продолжила , понизив голос , словно боясь ,что кто -то мог подслушать наш разговор .
– Она , Машка -то , любила его сильно . Страсть как любила . Да только он , как с армии возвернулся , так к Галине , к матери твоей и приклеился . Красивая она была и добрая , царство ей небесное , А к красоте и доброте всяк потянется . Машка -то , ясное дело , в слезы сначала . Горевала сильно . Ну а как Коротопка этот объявился , из района его к нам в деревню отправили коллективизацию вершить , так Машка с ним и схлестнулась . Ну , сначала как водится , смешки да шутки , а вскоре и всерьёз за нас взялись .
– старушка тыльной стороной руки смахнула набежавшую на глаза слезу и несколько минут молчала . глядя на темные лики святых угодников взиравших на нас из угла избы

– Ох и попили они из нас кровушки , - продолжила она успокоившись .

– Алешке , отцу -то твоему , склониться бы тут да вступить в этот их колхоз . Да где там ! Тоже гордый был. Как узнал , что председателем правления Машку назначили , так и заупрямился. 'Не пойду я к ней на поклон ',- говорит , - ' Ну Машка - то , ясное дело , осерчала сильно когда узнала , что в колхоз этот он из- за неё вступить оказался, врагом его объявила на собрании . Ну а Коротопке много ли надо . тут же велел и его в списки кулаков - богатеев включить .

Ночью я не мог уснуть . Перед глазами , то мать появлялась, страшная , горячая , мечущаяся в липком жару . То отец мой с сестрой и братишкой моим . То бормочущая что -то своё суровая тетка Павлишка. То шесть потерявшихся во времени старух , не одно десятилетие ждущих прихода паровоза со Сталиным , по идущей в никуда дороге....

Утром , с рассветом , я уходил из Лонгои . Поднявшись на холм , в последний раз окинул жалкие остатки некогда большой деревни . И вздрогнул. Вдруг показалось мне , что не обнищавшая деревня лежит передо мной , а израненное , загнанное безжалостными охотниками живое существо . Распласталось оно , истекая кровью , на зеленой траве и смотрит на убивший его жестокий мир ослепшими окнами опустевших крестьянских изб , и скулит жалобно в предчувствии своей скорой гибели десятком печных труб давно остывших русских печей . Над всей Россией несется этот плач - стон . Стало страшно и горько .

Откуда пришла на нашу землю беда ? Кто отдал её , кормившую сотни лет наших отцов и матерей , дедов наших и пращуров в руки не знающих жалости Коротопов и Рий . Острым лемехом прошлись они по живому телу России подрезая уходящие глубоко корни , кромсая и ломая без жалости все , что создавалось веками , тысячелетиями .Миллионы искалеченных человеческих судеб . Миллионы расстрелянных , замученных в лагерях. Это их костями густо засеяна Сибирь. Это их кости покоятся вдоль протянувшихся по не проходимой ранее тайге ,многокилометровых железных дорог .

Кто вернет нам их ?

Я уходил к дороге . За спиной , в издыхающей деревне , оставались еще пять - шесть старух потерявших счет времени, да с ними живой свидетель их преступлений , ждущий правосудия над ворогами всего рода человеческого , Варвара Степановна . И вместе с ними - Лонгоя . Моя Лонгоя . Красивая сказка из детства , доживающая свои последние дни .