Шрифт:
«Проклятые феи, снова шутки! — выругался Рональд. — С какой стати зеленые твари защищают её игрушку?»
Подобрав камень, Рональд швырнул его в спину убийце. Лес зашумел, какая-то ветка хлестнула Рональда по руке, но дело было сделано: мальчишка обернулся, поймал камень на лету и остановился.
— Иди сюда, — приказал Рональд одновременно убийце и артефакту.
Руны на ошейнике замерцали, поддаваясь взлому. Ничего сложного, особенно подальше от сумрачной, только быстрее, пока она не почуяла неладное и не явилась!
Убийца сделал шаг, остановился в нерешительности. Затем другой.
— Ко мне!
Рональд хлопнул по бедру, словно звал собаку, и вдруг понял, что руны на ошейнике, вместо того, чтобы измениться, исчезли, а вместо них проявилось сложное плетение обмана и защиты. Но убийца продолжал идти к нему, подчиняясь приказу — которому не должен был подчиняться! От него повеяло таким знакомым ледяным дыханием, резко заболела шея…
— Стоять! — рявкнул Рональд и активировал защиту.
Убийца, разумеется, не послушался: ускорил бег, прыгнул, превращаясь в размытую тень.
Ярость, ненависть, жажда и холод обрушились на Рональда, пробивая, продавливая огненную пелену. Кинжальные когти рвали защиту, пытаясь добраться до тела, ледяное дыхание Ургаша требовало — умри!
«Воплощенный! Какая находка! Только не убить, только не убить…»
Рональд отдирал демона от себя, словно бешеного кота размером с тигра. Тот шипел, плевался ядом, а его когти с каждым ударом все ближе подбирались к плоти, словно магическая защита была всего лишь дешевым кожаным доспехом. Артефакт же не поддавался ни сетям, ни наваждениям — хоть мгновение бы сосредоточиться!..
Обжигающая боль полоснула по плечу. Потоки тут же сместились и перепутались, Рональд взвыл и отскочил от убийцы, оставив в его когтях разодранный камзол и клок собственной кожи: зов бездны проник сквозь брешь в защите, затуманил разум. Но не настолько, чтобы не понять — пора отступать. Или не пора?
«Другого шанса может не быть, патрон», — прошелестело в голове.
«Сеть в подвале! Открывай!» — мысленно крикнул Рональд: теперь он точно знал, что надо делать.
Новый защитный кокон, сплетенный из нитей огня и разума, взметнулся перед самым носом убийцы и вычерпал резерв до донышка, не оставив ни капли на поимку твари. Но и пробить кокон Воплощенный не мог. Несколько мгновений синие глаза, полные ненависти, смотрели на него в упор, чужая воля давила, взламывала защиту, словно вместо дикой хиссовой твари с Рональдом бился равный по силе шер. Показалось даже, в первородной тьме мелькнули желтые и белые отблески стихий, сплетающиеся в странное заклятие.
— Ты меня не получишь, — выплюнул Рональд прямо в затягивающие черные воронки глаз и, вывернувшись из захвата, понесся к своей башне.
Хиссова тварь летела следом, предвкушая скорую победу: враг слаб, враг бежит! Рональда накрыло тенью крыльев, когти чиркнули по плечам, едва не пропоров защиту, пахнуло паленой костью. Рывок — и убийца снова отстал на драгоценные полшага, следующий удар пришелся в пустоту. Раненая левая рука болталась, пришлось придерживать её правой.
Мелькали деревья, фонтаны, снова деревья. Где же башня? Будь проклят этот лес!
Словно в насмешку вокруг Рональда закружились феи, затрясли крылышками, пытаясь запорошить глаза. Пришлось задержать дыхание, чтобы не наглотаться наркотической пыльцы. Проклятье! За спиной хлопали призрачные крылья — убийца преследовал молча, гнал, как дичь.
— Брысь, — прошипел Рональд, искрой сшибая одну из фей.
Лес возмущенно зашумел, на Рональда посыпались ветви, дорожка под ногами вспучилась корнями. Но феи разлетелись, а впереди мелькнуло знакомое лилово-алое сияние башни Рассвета.
Запнувшись о корень, Рональд пошатнулся и почти упал, в последний момент успев оттолкнуться от земли здоровой рукой и вскочить. По спине снова чиркнуло морозом и болью. Над ухом клацнули зубы. Нестерпимо захотелось побежать еще быстрее, так, чтобы даже Воплощенный на тропе Тени отстал и потерял след. Но Рональд сдержал порыв. Еще немного, совсем чуть!
Нарочито хромая, но не позволяя больше убийце до себя дотронуться, он устремился к башне, проламывая и прожигая путь сквозь взбесившиеся кусты. Те корчились и беззвучно орали, но все равно цепляли за одежду, путались в ногах и мельтешили мороками.
До башни оставалось не больше дюжины шагов, когда в стене открылся проем с ведущей вверх, освещенной живым огнем лестницей. Рональд чуть ускорил бег, снова споткнулся, откатился из-под когтей Воплощенного…
«Ну, давай, проклятый, догоняй!»
Семь, пять, три шага…
Удар когтистой лапы нагнал Рональда почти у крыльца и сбил на землю, теперь уже всерьез. Ногу пронзила боль, отдавшись во всем теле. Стена огня выросла сама собой, заставив тварь отшатнуться, а Рональда — проклясть все на свете. Потому что в шаге от спасительной башни он остался совершенно без сил и со сломанной лодыжкой, а синеглазая смерть, чуя добычу, улыбалась во всю сотню зубов и примеривалась к горлу, лишь только опадет последнее заклинание, выжигающее Рональда изнутри.