После этих слов брови иностранца чуть подпрыгнули вверх.

— Вот-вот, гости отреагировали так же, — отметив его реакцию, продолжила девушка. — Но никто мне ничего не сказал. Лишь позже, вечером, хозяйка объяснила, какую ошибку я сделала в этой фразе. Для нас, русскоговорящих, естественно думать и говорить так: «Я себя хорошо чувствую» или «Я себя хорошо веду» и так далее. У них, то есть, простите, у вас, местоимение «себя» отсутствует. Оно уже само собой подразумевается. Короче, по-вашему получилось, что я сказала… Вы, наверное, уже все поняли.

Девушка, слегка смутившись, замялась, не решаясь продолжить.

— А мы не поняли, — произнес стоящий позади высокий мужчина, явно второй по значимости в компании людей, остановившихся у входа. — Что же вы сказали?

Пожилой иностранец улыбался сквозь усы, наблюдая за этой необычной девушкой. Еще когда он шел по коридору и услышал из-за закрытой двери звонкий заливистый смех, такой естественный, что окружающие, сами не замечая того, начинали улыбаться, он вдруг почувствовал, как кольнуло сердце. Он где-то слышал его раньше и интуитивно рванулся вперед. По прошествии многих лет такое случалось с ним все реже и реже.

Удивленно разглядывая и слушая незнакомую девушку, Роберт Балайзер отметил, что кого-то из его прошлой жизни она ему точно напоминает.

Слушая рассказ, он обратил внимание и на другое: девушка неуловимо напоминала ему также его дочь, Джессику. Высокая, чуть крупноватая, но удивительно женственная, со светлыми до плеч волосами, она была полной противоположностью маленькой, стройной, как Дюймовочка, его дочери с вечно рассыпанными по плечам длинными и черными, как смоль, волосами. Но вот очаровывающая открытая улыбка, мягкие и быстрые движения, нежность и спокойствие во взгляде, смелость и раскованность в общении с совершенно незнакомыми людьми!

Балайзер прекрасно знал, кого с детства усердно пыталась копировать его дочь. С годами такое поведение стало ее естественным состоянием. Но здесь такое сходство! Да еще удивительно знакомый смех…

Вот почему Роберт жестом остановил всех стоящих за его спиной при входе в комнату переговоров.

— Ну, хорошо, уговорили, — подумав мгновение, решительно произнесла Анна. — Для них это прозвучало приблизительно так:

«Я получаю удовольствие от самоудовлетворения…»

Потупив взгляд, она виновато улыбнулась. На какие-то секунды в комнате воцарилась тишина. Первым засмеялся господин Балайзер. Не потому, что он услышал нечто удивительное, нет. Он вновь увидел в глазах девушки нечто такое, что напомнило ему счастливые минуты общения с дочерью. А эта обманчивая виноватая полуулыбка? Она прекрасно знала, какая реакция последует на ее слова, и хитро призывала к игре с видом покорнейшей благопристойности. Так всегда поступает Джессика!

Следом за Балайзером рассмеялась сопровождавшая его свита. Напряжение, охватившее всех с самого утра в связи с приездом самого главного человека для собравшихся здесь людей, от решений которого зависел их бизнес, растворилось в смехе.

Все еще улыбаясь и переговариваясь между собой, мужчины рассаживались вокруг большого овального стола. Несмотря на то что все знали о серьезности предстоящих переговоров, всем было интересно, откуда появилась здесь эта забавная девушка, которой удалось так легко разрядить обстановку.

Один лишь Костя сидел пунцовый от негодования. «Приеду — всех уволю! Какие к черту кадры! Никто ничего не делает, даже секретаршу подобрать не могут. Куклу какую-то подсунули. Что подумает Балайзер? Разве может корпорация с мировым именем доверять серьезный бизнес фирме, в которой работают клоуны? Сегодня же отправлю поездом обратно. Пусть катится ко всем чертям!»

— …Все, девочки, еще на работу не принята, а уже уволена, — Анна, пригорюнившись, сидела в секретариате с чашкой кофе после того, как во время перерыва ей учинил бурный разнос Константин Петрович. — Как у вас говорится: «Умэр, нэ родывшись», — произнесла она. — Поеду в гостиницу вещи собирать.

Выслушав сочувствия окружающих и попрощавшись, удрученная Анна побрела по коридору. Спустившись на первый этаж по широкой парадной лестнице, она подошла к автоматическим дверям, которые, казалось, радостно расступились, выпуская ее на крыльцо. Моментально придя в себя под холодными порывами ветра, она вдруг обнаружила, что в расстроенных чувствах забыла переобуться и вышла на улицу в парадных туфлях на высоких каблуках. Шел мокрый снег, и даже если бы ей совсем не жалко было оставленных ботинок, все равно за ними пришлось бы возвращаться. В такую погоду в туфлях не дойдешь и до ближайшей остановки!

Совсем уж собравшись вернуться, она обратила внимание на изумительно красивую машину, которая медленно двигалась задним ходом метрах в десяти от крыльца. Серебристый автомобиль одной из последних моделей ее любимой марки «Volvo» с дипломатическими номерами проплыл мимо Анны, разглядывавшей его с немым обожанием. Вдруг ее резко пронзило непонятно откуда взявшееся чувство тревоги. Она не сразу поняла, что ее взволновало, но внезапно дошло: в машине не было водителя!

— …Господа, — произнес после окончания речи Балайзера директор компании, представлявшей корпорацию на Украине, Николай Дербенев. — Все вы знаете, что наша встреча на этот раз приурочена к открытию первого на территории СНГ завода. Поэтому после обеда в 14.00 вас будет ждать автобус, который отвезет всех на территорию завода, где в 15.00 произойдет торжественное открытие. Желающие добраться сами могут взять в секретариате план города, где обозначены маршруты следования. А в 19.00 ждем всех на банкете. Приглашения у каждого на столе в конверте, но если кто-то забудет, не волнуйтесь, охране выдан список с фамилиями приглашенных.