Теперь можно было в полной мере ощутить уют, исходивший от нее. А сейчас, когда в этом теле было две души, этого уюта тоже было в два раза больше. И второй душе уже было немного тесно, поэтому она, как и все маленькие души, надавливала на живот матери, чтобы быстрее показаться Миру. Калипсо улыбнулась и посмотрела на Тимура. Он, казалось, уже спал.

Они прошли на кухню – большая и обжитая, такая же теплая, как ее хозяйка. Она положила Даше в тарелку три блинчика и спросила:

– Тебе с чем? Со сгущенкой или... – тут она почему-то покраснела, – или со сметанкой?

– Со сгущенкой, – ответила Даша.

Хозяйка залила блины молоком.

– Меня зовут Калипсо, – сказала она, подавая ей тарелку с блинами, – А ты... – в ее взгляде затаилась ревность.

– Спасибо... Что я?

– Ну... Ты же к Тимуру пришла, – снова засмущалась она, – Ты, случайно, не..?

– Что за бред? – грубо прервала ее Даша.

Калипсо совсем смутилась и не знала, куда деть свой растерянный взгляд. Но ей предал уверенности голос из прохода:

– Не волнуйся, Калипсо. Даша – моя ученица и командир второго полка.

– Кто я? – не поняла Даша, которая впервые слышала о «втором полке».

Тимур посмеялся и ответил:

– Я пока лежал, придумал кое-что, – он сел напротив, – С самого начала наше войско делилось на две части. Исходя из этого факта, был заранее составлен план. Но глава второго полка был убит, и мне пришлось импровизировать. А сейчас я решил вернуться к изначальной стратегии.

– Это был Артем? – спросила Калипсо, жуя блин.

– Да, он. Ну, что, Даша, ты справишься?

Она серьезно задумалась.

– Правильно, не принимай такие решения слишком поспешно. Но пойми еще и то, что ты единственный человек, который отличается от этих разбойников. Только тебе я могу это доверить.

Где-то глубоко в ее душе зародилось желание убить его. Особенно напрягали последние слова.

– Скажи – «да» или «нет». Мы можем идти по старому плану, и тогда тебе только выстрелить один раз в сердце Нацхи. Желание перейти к разделению на два полка это всего лишь моя привычка сомневаться, так что ты можешь отказаться – это не провокация.

– Хорошо, – сказала она, скрывая отчаянье, – два, так два. Я согласна.

– Шикарно, – он облокотился на стол, – Только позволь мне самому назначить дату смерти Хана. Это мой маленький каприз... Он умрет через шестнадцать дней.

– Двадцать шестого?

– Да, именно. Это мой день рождения, – сказал он и усмехнулся, – Мы позаботились о том, чтобы никто не испортил праздник... Разве что, Тапочкино. Вчера они оказали нам сопротивление и лишили нас четырех отрядов по сотне. Сама деревня почти не пострадала. Они явно были готовы. Если честно, я сам виноват в утечке информации.

– Хороший подарок ко дню рождения, учитель.

– Да… Этот день войдет в историю…

***

Задачей первого полка было проникновение в деревню и отвлечение сил ксэ на себя. Второй полк должен был окружить деревню и сразу после убийства Хана начать атаку чакрой, которая мощным единым потоком ворвется в ворота деревни и разрушит ханский дворец. На главу второго полка возлагалась небольшая задача – дать команду «вперед». Тимур обещал вывести Нацхи на крышу его дворца, а дальше дело было за ней. Одним ее выстрелом должна была окончиться эта война.

И вот тот самый день. Хмурое утро. Местом встречи назначена деревня Кошкино. Тимур в облике Хвоста сидел на крыше дома Калипсо. Как когда-то он ждал здесь Артема, так и сейчас ждал командира второго полка. Но на этот раз все должно получиться. Только почему-то так мучительно печально... Возможно, это последствия разговора с Калипсо…

Воспоминания Тимура: Пришлось заставить ее остаться дома. Она не должна погибнуть. Они не должны... Я попросил, чтобы она оставалась дома. Она обещала. Я сказал, что люблю. Я не врал. Она спросила, вернусь ли я. Я не знаю. Сказал, что вернусь. Попросил ее не провожать.

Только это странное ощущение больше похоже на предчувствие. Конечно, план хороший, но он не отрицал возможность поражения. И теперь уже окончательного. «Ну, что ж… Даже если придется умереть… Будет только обидно за поломанную жизнь девушки и за не исполнившуюся мечту брата». Но мысли тотчас рассеял голос Даши, которая уже забралась на крышу и стояла рядом:

– Тимур!

Он обернулся и оглядел ее. Арбалет при ней, это все, что требуется. Но глаза... В них пустота. И крылья напряжены до дрожи...