– Бежать? – Иридаль в отчаянии оглядела стены темницы и закрыла лицо руками. Она видела не темницу Хуго, но свою собственную.

«Значит, и ее тоже держат в заточении. Я открыл дверь ее тюрьмы, дал ей увидеть свет и свободу… А теперь эта дверь снова захлопнулась».

– Иридаль, я убийца. Я убивал людей за деньги. Я не ищу оправданий. Но я никогда не замышлял ничего подобного тому, что готовит ваш муж!

– Вы не правы! Он никогда никого не убивал. На это он не способен.

– Он говорит о войне, Иридаль! Он готов принести в жертву тысячи жизней – и все затем, чтобы добиться власти!

– Вы не понимаете. Он хочет спасти нас. Наш народ.

Видя, что Хуго не понял, она раздраженно махнула рукой: зачем объяснять то, что и так ясно?

– Вы никогда не удивлялись, почему мистериархи ушли из Срединного царства, где у них было все – и власть, и богатство? О, я знаю, что о нас говорят. Знаю, потому что мы сами это говорили. Будто бы мы устали от варварства людей, от бесконечных войн с эльфами. А на самом деле мы ушли потому, что у нас не было выбора. Наша магия слабела. Многие маги вступали в брак с простыми смертными, и их потомки обладали меньшей магической силой. Вот почему среди вас так много магов. Много, но все они слабые. Нас, чистокровных магов, было куда меньше, но зато мы были куда могущественней. Чтобы предотвратить вымирание нашего рода, нам пришлось уйти туда, где нам не грозило…

– …Запачкаться? – закончил Хуго. Иридаль вспыхнула и прикусила губу. Потом вскинула голову и гордо посмотрела на Хуго.

– Я знаю, вы сказали это в насмешку. Но это в самом деле было так! Вы осуждаете нас?

– Но это не помогло.

– Путь был тяжел, многие погибли. Еще больше умерло, пока нам не удалось восстановить магический купол, который защищает нас от жестокого холода и дает возможность дышать. Наконец все вроде бы уладилось. У нас начали рождаться дети. Но их было мало, и многие умирали.

Гордость оставила Иридаль, она опустила голову.

– Из всего поколения Бэйна в живых остался он один. А магический купол тает. Помните эти радужные переливы? Вам они, наверное, кажутся красивыми, а для нас они предвещают смерть. Все здания, которые вы видели, были иллюзией. Толпы народа изображали два десятка человек. И все затем, чтобы вы не догадались, как мы слабы.

– Короче, вам необходимо вернуться в нижний мир, но вы боитесь показать свою слабость, – подытожил Хуго. – Подменыш сделался принцем Волькаран. А теперь он вернется и станет королем!

– Королем? Это невозможно! У них ведь есть король!

– Еще как возможно! Ваш супруг собирается нанять меня, чтобы я убил короля с королевой, и тогда престол перейдет к их сыну – то есть к Бэйну.

– Я вам не верю! Вы лжете!

– Верите-верите! По лицу вижу. Вы сейчас защищаете не мужа, а себя. Вы прекрасно знаете, на что он способен. Вы же знаете, что он сделал! Может, он никого и не убивал, но, по-моему, он причинил бы тем двоим в Срединном царстве куда меньше боли, если бы убил их, вместо того чтобы забрать у них сына.

Иридаль попыталась заглянуть ему в глаза, но не выдержала и опустила взгляд.

– Я… мне было очень жаль их. Я пыталась спасти их ребенка… Я готова была жизнь отдать, лишь бы он выжил! А потом, здесь идет речь о стольких жизнях…

– Да, я творил зло. Но мне кажется, что ничего не делать – это тоже зло. Синистрад скоро вернется, чтобы обсудить со мной сделку. Останьтесь и послушайте, что он задумал, а после судите сами.

Иридаль вздрогнула, хотела что-то сказать, потом покачала головой и мгновенно исчезла. Ее цепи были слишком прочны. Она не могла вырваться.

Хуго тяжело опустился на пол. Снова один в своей темнице. Он достал трубку, стиснул ее в зубах и уставился в стену.

Пройти по крылу дракона…

Если Синистрад собирался поразить и напугать его своим внезапным появлением, ему пришлось разочароваться. Хуго посмотрел на него, но ничего не сказал – даже не шевельнулся.

– Ну что, Хуго Длань, принял ли ты решение?

– А что решать-то? – Хуго неловко поднялся на ноги, бережно завернул трубку и спрятал ее за пазуху. – Не сидеть же тут до конца дней своих! Я согласен. Мне случалось соглашаться и на худшее. В конце концов, я однажды подрядился убить ребенка.

Yпло шлялся по коридорам, без толку убивая время. По крайней мере, так показалось бы стороннему наблюдателю. Но когда никто не следил за ним, Эпло продолжал поиски, стараясь одновременно не упускать из виду никого из своих спутников.

Пес был с Бэйном. Эпло подслушивал все разговоры отца с сыном. Странный вопрос Бэйна о руне застал Эпло врасплох. Эпло потер свои руны, закрытые повязками. Неужто мальчишка углядел их? Как же это он, Эпло, мог так оплошать? Поразмыслив, патрин решил, что оплошать он никак не мог. Где же тогда мальчик видел эту руну? В то, что какой-то меншский маг пытался использовать рунную магию, Эпло не верил. Менши, конечно, дураки, но не до такой же степени!