Это вызвало большое оживление, а Лимбек покраснел до корней волос своей бороды.

— Что же ты медлишь? — тихо спросил Эпло. Он спокойно стоял в тени у статуи Мэнджера, поодаль от меншей. — Змеедраконов больше нет, спускайся смело.

— По крайней мере, их больше нет в туннелях, — добавил он, обращаясь скорее к самому себе.

Зло существует и будет существовать всегда, но сейчас, когда появилась надежда на мир между расами меншей, влияние этого зла стало меньше.

Лимбек, щурясь, посмотрел в его сторону.

— Эпло — тоже, — сказал он Джерре. — Эпло — тоже герой. Главная заслуга — его.

— Вовсе нет, — начиная раздражаться, поспешил возразить Эпло. — Давай-ка лучше поторапливайся. Жители других континентов там, наверху, ждут. Они могут разволноваться, если будет задержка.

— Эпло прав, — поддержала его Джерра с присущим ей здравым смыслом. Она потащила Лимбека к лестнице.

Сановники толпились вокруг статуи, готовые последовать за ним. Эпло стоял неподвижно. Он ощущал смутное беспокойство и не мог найти его причину. Он уже в сотый раз взглянул на магические знаки на своей коже. Руны должны были бы предупредить его об опасности. Магического свечения, какое бывало всегда, если ему что-то угрожало — к примеру, если бы где-то внизу прятались змеедраконы — сейчас не было. И все же он ощущал предупреждающее покалывание кожи, подрагивание нервных окончаний. Что-то было не так.

Он отошел в темноту, собираясь внимательно рассмотреть каждого в толпе. Змеедраконы неплохо умеют принимать облик меншей, но мерцающие красные глаза змей всегда выдают их.

Эпло надеялся, что останется незамеченным и о нем забудут. Но собака, возбужденная шумом и толкотней, не собиралась лишать себя радостей празднования. С жизнерадостным лаем она, бросив Эпло, рванулась к лестнице.

— Пес! — Эпло бросился было за ним и, вероятно, схватил бы его, но в этот момент почувствовал какое-то движение у себя за спиной, именно почувствовал, а не увидел — кто-то был рядом, тихонько дышал ему в затылок.

Он оглянулся, на долю секунды забыв о собаке. И та весело поскакала к лестнице и тут же подкатилась под ноги почтеннейшему верховному головарю.

Это был опасный момент. Казалось, собака и Лимбек вот-вот отметят это историческое событие, кубарем скатившись по лестнице, путаясь в шерсти и бороде. Но шустрая Джерра успела схватить за загривок и собаку, и своего прославленного супруга, растащила их и тем самым спасла церемонию.

Крепко удерживая в одной руке собаку, в другой — Лимбека, Джерра огляделась вокруг. Откровенно говоря, она всегда недолюбливала собак.

— Эпло! — окликнула она строгим неодобрительным тоном.

Возле него никого не было. Он стоял в полном одиночестве, если не считать разного рода сановников, выстроившихся у лестницы в ожидании своей очереди спускаться вниз. Эпло внимательно посмотрел на свои руки. В какой-то момент ему показалось, что руны на них вот-вот вспыхнут, чтобы защитить его от неминуемого нападения.

Странное ощущение, никогда прежде он не испытывал ничего подобного. Это ему напомнило пламя свечи, вдруг погасшее от чьего-то дыхания. Ему казалось, будто кто-то таким же образом задул его магию. Но такого быть не могло!

— Эпло! — снова крикнула Джерра. — Забери наконец эту свою собаку!

Что было делать? Все присутствующие, улыбаясь, смотрели на него. Надежды остаться неузнанным больше не было. Почесывая тыльную сторону ладони, он прошел к верхним ступеням лестницы и с решительным видом приказал собаке вернуться.

Уловив по голосу хозяина, что она чем-то провинилась, но не совсем понимая, из-за чего весь этот шум, собака поплелась к Эпло. Сев напротив статуи, она смиренно подняла лапу, прося прощения. Эта сцена очень развеселила сановников, которые наградили собаку шквалом аплодисментов.

Полагая, что аплодисменты относятся к нему, Лим-бек важно раскланялся, а затем продолжил свой путь вниз по ступеням. Эпло, окруженному толпой, не оставалось ничего другого, кроме как присоединиться к процессии. Один раз он быстро обернулся, но не заметил ничего подозрительного. Никто не прятался за статуей, никто не обращал на него какого-то особого внимания.

Возможно, это все игра его воображения. Возможно, дает себя знать слабость после ранения.

Озадаченный, Эпло последовал за Лимбеком и Джеррой. Сартанские руны освещали им путь в туннеле.

Хаг Рука стоял в тени, прислонившись к стене, глядя, как менши гуськом спускаются вниз. Когда пройдет последний, он последует за ним, неслышный и невидимый.

Он был вполне доволен собой. Теперь он знал все, что хотел узнать. Эксперимент прошел успешно.

— Говорят, что патринская магия предупреждает их об опасности, — говорила ему Сианг. — Она действует примерно так, как то, что мы называем шестым чувством, но только у них это получается намного тоньше. Руны, вытатуированные у них на коже, вспыхивают ярким светом. Они не только извещают их об угрозе, но и действуют как защита.