Звезды стянутые к виску

Только выстрелом да и нет

пуля

отлитая в тоску

Обезвредили

нет

напрасно

жизнь готовая для броска

и уже нестерпимо ясно

звезды встали у стен виска

Горизонт как гекзаметр

величаво взметнулся вширь

я взглянул и замер

и расцвел в ледниках души

Значит кончилось время самоубийств

Есть такое самоубийство – жизнь

1962, река Урюп

Шахматный Озирис

Все, что пережито

не пережито

государственная граница лежит внутри

Ты нарушал ее ежедневно

когда ложился когда садился

Она оттиснута в середине

между правым бедром и левым легким.

Нельзя вдохнуть не нарушая границы

Вдох – нарушение

нарушение – выдох

и тем уже ограничен

Нет тебя никогда нигде

Ее застолбили любя

выставили пикеты

Вот ползешь на брюхе

вот уже подползаешь –

все равно тебя схватят со всех сторон

во все стороны разнесут растащат

кто руку кто ногу кто голову

кто глазницу

В этот миг ты видишь себя

уносимым взором

таким от тебя далеким

Кто смотрит так на себя –

не знаю

я ли или но далека

от руки рука

голос остался в зените

а на душе пустота

и жалобный узелок проекций

и не распутывай нейтринный клубок

пока не потянет за ниточку

какой-нибудь бог

Моя свадьба длится все лето

осенняя зимняя серебряная бриллиантовая

корундовая гуттаперчевая

ночная дневная

Посажен посаженный отец

и шафера уехали

довольно часто отсутствует невеста

и сам ты такой жених

когда грядешь во полуночи блажен

Свадьба длится от Великого поста

до высокого поста.

А когда пост получен –

малый или великий –

ты уже постовой жених

женатый на постовой

всех пересажала, всех пересидела

невеста стерва и на посту осталась

Она иллюстрирована во всех журналах

от Прибоя до Плейбоя

от Севильи до Гренады

в тихом сумраке ночей

она пишет за себя и за жениха

за папу за маму…

Беги отсюда

покуда

цел

Как хорошо что тебя уже унесли

и разворовали

вместо жениха какое-то тесто тили

Чтобы вызвать жениха

нужен костюм и ванна

В ночную ванну кладут костюм

говорят: Приди, жених!

И жених приходит

Так невеста жениха вызывала