Не где-то в отдаленном космосе, не в пустыне и не в дре¬мучем лесу, а на окраине города есть область, тщательно охраняемая, обнесенная колючей проволокой,— Зона. Зона похожа на многие ужасы XX века: на концлагерь, на город¬скую свалку, на местность, зараженную радиацией или отравленную химическим заводом, и, увы, на Чернобыль. Это все, что осталось от современного жилого массива после какого-то непонятного бедствия. Сколько таких «зон» воз¬никло на нашей планете за последние полстолетия.

Ныне все эти «зоны» заселены людьми. О страшных периодах остались только воспоминания.

Зона в повести Стругацких свежая. Прошло много лет после непонятного бедствия, а она все еще опасна для людей, тщательно охраняется от гибельного контакта.

Запретный плод сладок. Есть множество охотников испытать судьбу. Есть даже профессионалы этого отчаян¬ного дела — сталкеры. Один из них — герой повести. Он не раз бывал в Зоне, возвращался целым и невредимым, но что-то снова и снова влечет его к былой опасности. Никто не знает, какая гибель грозит в Зоне. Под сомненьем даже сама гибель. Это может быть внезапное увечье, безумие, просто исчезновение.

Ради чего, рискуя жизнью, человек стремится туда? Там, в Зоне, есть место, где исполняются любые желания. Бесполезно о чем-то просить. Как Солярис у Лема, Зона сама читает желания и сама исполняет или не исполняет их.

В повести «Пикник на обочине» люди идут в Зону с конкретными целями: ученые изучают, дельцы нажива¬ются. Зона полна удивительными и необычными предме¬тами, которые ведут себя загадочно и необъяснимо. Напри¬мер, «пустышки»: «два медных диска с чайное блюдце... и расстояние между дисками миллиметров четыреста, и, кро¬ме этого расстояния, ничего между ними нет»'. В эту пусто¬ту можно просунуть руку, голову, но ни прижать диски друг к другу, ни растащить их нельзя никакой силой. По-научному она называется «гидромагнитная ловушка, объект семьдесят семь-бэ». Сталкер, который много раз приносил эти «пустышки» из Зоны, подсмеивается над ученым, которому надо «во что бы то ни стало какую-нибудь «пустышку» изничтожить, кислотами ее протравить, под прессом расплю¬щить, расплавить в печи. И вот тогда станет ему все по¬нятно...».

В фильме Андрея Тарковского зона лишена этой экзо¬тики. В Зону идут трое: писатель, профессор и проводник — Сталкер. Все трое считают себя неудачниками. У всех есть заветная мечта — исполнить свое назначение в жизни.

Трое идут к намеченной цели, но только один из них верит — Сталкер. Писатель и ученый давно уже ни во что не верят и не хотят верить. Они идут в зону скорее для самоуспокоения.

Мир скучен, в нем ничего не может произойти, а Зона может приятно пощекотать нервы. Писатель и профессор имеют двойную цель: либо исполнить желание, либо лишний раз утвердиться в своем неверии. Ученый знает: Зона — такой же обман, как НЛО, телепатия или Бермудский треугольник. Но на всякий случай (на всякий случай!) в рюкзаке профессора маленькая мина.

Вот так идут трое: ученый, писатель и Сталкер, веря и не веря в контакт с инопланетной цивилизацией. У одно¬го в душе надежда, у другого отчаяние, у третьего в душе ничего, а за плечами в рюкзаке — смерть.

Ну, скажет иной читатель, это уж слишком. Откуда могла появиться на земле Зона? Есть, конечно, загадоч¬ные места на планете. А. Казанцев, писатель-фантаст, твердо убежден, что в районе падения Тунгусского мете¬орита приземлялся космический корабль. Сколько лет иссле¬дуют эту зону ученые, и никаких следов корабля. Повышен¬ная радиация была, деревья кругом повалены, болото возникло, но ведь не пропадают там люди, как в Бермуд¬ском треугольнике.

Вот именно, возразит другой, сколько кораблей и самоле¬тов исчезло в этом районе, словно провалилось в косми¬ческую воронку. Ясно, что Зона Стругацких, можно сказать, не фантастика, а реальность. Скептик может возразить, что экспедиция в Бермудский треугольник не нашла ровным счетом ничего. Так ведь и Зону исследуют и ничего не находят! Понять не могут. А что могут понять Профессор с миной «за пазухой» и Писатель, давно потерявший веру?

Не будем вклиниваться в этот спор, а раскроем труды К. Э. Циолковского и прочтем такие слова:

«Ведь большинство людей совершенно невежественно и смотрит на вселенную почти так же, как животные... Если бы они увидели вмешательство иных существ в наши земные дела, то сейчас бы поняли это с точки зрения своей веры. Появился бы фанатизм с его преступлениями и более ничего».

Да, и Циолковский считал, что человечество морально не созрело для контактов с высшей звездной цивилизацией.

Не хочу навязывать читателям свою уверенность в суще¬ствовании инопланетных цивилизаций, но вслед за Циол¬ковским зададим себе вопрос: если они есть, то почему не вступают с нами в контакт иначе, как через фантастическую Зону или полуфантастический Бермудский треугольник? Как ответят на этот вопрос братья Стругацкие, скажу позднее. Сначала выслушаем, что думают о контактах с ины¬ми цивилизациями люди, наиболее близкие к космосу,— космонавты.

«Если даже инопланетян в районе Земли пока нет, но их визит когда-нибудь состоится, то скорее всего они не сразу вступят в контакт с нашей цивилизацией. Пожалуй, вначале мы станем объектом одностороннего изучения, а не взаим¬ного общения. Это, по-моему, вполне реальный взгляд на встречу с инопланетянами» (космонавт Юрий Малышев).

Мнение Малышева, как видим, не противоречит взгля¬дам Стругацких. Таинственная Зона ведет себя в повести выжидательно, словно изучая людей.